глава 4 - (эпизод 1)

Глава 4

«— Как вы, будучи христианином, собираетесь выполнять возложенные

на вас функции? Не будут ли религиозные убеждения  мешать вам

в принятии решений?

— Я осознаю, на что подписываюсь. Как и всем нам, мне есть в чем каяться».

Из аттестационного собеседования на должность финансового директора Kinesis Corp.

Кандидат на должность: (зачеркнуто черным маркером, прочтение невозможно).

Серый город, подобно безмолвной вдове, не мигая тусклыми окнами хрущевок, апатично наблюдал, как Петр медленно умирает.

«Я умираю, — твердил он себе, — я уже умер». Тело же его, как бы всячески противясь этой мысли, продолжало панический бег. Он ни на секунду не сомневался, что, как только его ноги остановятся или хотя бы замедлят темп, сердце перестанет биться. В висках словно ожил тяжелый состав, несясь прямо навстречу и монотонно стуча по рельсам его сознания, а обезумевший машинист беспрестанно подкидывает в топку не уголь, а адреналин.

Прежние самоуверенность и хладнокровность безвозвратно исчезли, словно их никогда и не было. Раньше его переполняло ощущение, что кто-то, нахально поселившись в его голове, виртуозно искажал мысли и нашептывал безумные идеи. Теперь же Петр испытывал непередаваемое ощущение пустоты. Как будто, пробудившись ото сна, понимаешь, что, пока ты спал, кто-то тем временем был тобой. И, пока ты находился в грезах, случилось непоправимое.

Нет, не страх вынуждал его бежать уже с полчаса, заставляя редких прохожих шарахаться, а перепуганных водителей — давить по тормозам, — не страх, а ужас от постепенного осознания происшедшего гнал его вперед.

Это конец.

«Нет!» — возразило тело, не желающее прерывать свое существование.

«Да», — молило сознание, измученное и жаждущее покоя.

Покой и вечность. Но это была привилегия праведников, коим Петр никак не являлся.

«Помоги», — безмолвно обратился он к небесам. Петр достаточно много видел и знал, чтобы быть простым материалистом, не верящим в потустороннее и необъяснимое. Все же он никогда особо не размышлял о Творце. Хотя Писание было ему знакомо. На память пришел отрывок из Псалма: «Господь творит все, что хочет, на небесах и на земле, на морях и во всех безднах. Возводит облака от края земли, творит молнии при дожде, изводит ветер из хранилищ Своих»[i].

«Чего Ты хочешь? — начал Петр свою первую, наверное, за десять лет молитву. — Я знаю, что мы наивно хотели стать Тобой, обладать силой. Я виноват перед Тобой. Но чего Ты хочешь? Что Ты сделаешь со мной теперь?»