Первая охота

Тьма за окном манила, звала, сулила освобождение. Голод, утолённый, но не побеждённый, вновь зашевелился внутри, напоминая о своей власти. Страх перед самой собой сменился холодной, отточенной решимостью. Бежать от своей природы было бессмысленно. Пришло время принять её. Контролировать её. Направить.
Кара подошла к шкафу. Старые робкие наряды висели мертвым грузом. Её взгляд упал на кожаную юбку и чёрный топ с глубоким вырезом. Это был не просто выбор одежды. Это был доспех. Оружие. Маскировка. Она нанесла тёмную помаду, подчеркнув смертельную бледность кожи, и отпустила волны чёрных волос. В зеркале смотрела не застенчивая девушка, а хищница. Существо ночи. Оно было красивым. И пугающим.
Бар «Лост» был её первым полигоном. Место, где свет был приглушенным, музыка — громкой, а души — обнаженными. Воздух гудел от голосов, смеха и лжи. Раньше этот хаос оглушал бы её. Теперь он был её симфонией.
Она заняла место у стойки, заказала виски — для антуража, — и позволила своему шестому чувству раскрыться.
Мир вспыхнул новыми красками. Ауры людей плясали вокруг, как разноцветные искры. Жёлтые пятна радости, зелёные всполохи зависти, серые клубы уныния. Она отсекала их, ища своё. Тёмное. Гнилое.
И она нашла его.
В углу, за столиком, сидел молодой человек. Симпатичный, ухоженный, в дорогой рубашке. Но его аура была грязно-бурой, испещрённой чёрными прожилками жадности и жестокости. Когда он смеялся, его улыбка не доходила до глаз, которые оставались холодными и расчетливыми.
Кара сконцентрировалась, позволив видению нахлынуть.

...Он наклоняется над пожилой женщиной, притворяясь социальным работником. Его голос мягок, полон участия. А рука тем временем выуживает кошелёк из её сумочки...
...Он бьёт своего напарника по ограблению, забирая всю добычу. В его глазах — не злость, а холодное презрение...
...Девушка плачет в дешёвом номере мотеля, а он спокойно забирает её телефон и деньги...