глава 46

Час спустя они были в городе, в квартире Этана. Машина Райдена, покрытая пылью лесных дорог, резко контрастировала с аккуратными рядами припаркованных городских автомобилей. Подъезд пах бетоном, чистящими средствами и чужими жизнями — запахами, которые Райден почти забыл.

Он стоял посреди гостиной Этана, чувствуя себя чужим в этих стерильных, минималистичных стенах. Здесь всё было гладким, холодным и правильным. Ни пыли, ни беспорядка, ни следов прошлого. Лишь функциональность. Райдену было не по себе.

– И что это за клуб в элегантных костюмах и масках? – раздражённо сказал он, надевая чёрную маску, которая закрывала часть глаз и часть носа.

Маска была бархатной, прохладной и незнакомой. Она прилипла к коже, ограничивая поле зрения, и это вызывало лёгкую клаустрофобию. Он видел себя в зеркале прихожей — незнакомца в дорогом костюме, чьё лицо скрыто. Это зрелище было одновременно отталкивающим и завораживающим.

Этан, уже одетый в свой идеально сидящий серый костюм, усмехнулся, смотря на Райдена. В его взгляде читалось удовлетворение, смешанное с лёгкой тревогой. Он видел, как его друг, всего час назад бывший затворником в лесной глуши, теперь превращался в эту загадочную, опасную тень. И в этом превращении была своя мрачная красота.

Райден был одет в чёрный классический костюм, который отдал ему Этан. Чёрная маска дополняла его образ, делая его похожим на призрака или наёмника, что было недалеко от истины. Ткань была чужой, слишком дорогой, она пахла чужим парфюмом и деньгами — двумя вещами, которые он презирал всей душой.

Этан подправил галстук и взял ключи от машины.

Его движения были отточенными, спокойными. Для него это был ритуал, подготовка к выходу на сцену. Он бросил ключи Райдену, тот поймал их на лету, не глядя. Этот жест был привычным, отточенным годами партнёрства. Этан всегда доверял ему водить в самых опасных поездках.

Они вышли из квартиры Этана и сели в машину. Этан отдал свои ключи Райдену. Райден завёл машину и выехал со двора.

Двигатель отозвался низким, мощным рычанием. Райден вырулил на ночную улицу, залитую неоновым светом реклам и уличных фонарей. Город жил своей жизнью — шумной, яркой, безразличной. Машина стала их коконом, отделяющим от этого бурлящего мира.

Они ехали молча. Руки Райдена сжимали руль.