Часть 20. За преступлением следует наказание.
Студер неторопливо покинул лазарет, а затем и саму санчасть. Но как только он переступил порог, его кто-то жёстко схватил за грудки и грубо, силой затащил за угол, невзирая на активное сопротивление парня, который только недавно оклемался после сотрясения мозга.
—Чё с сеструхой моей сделал, гнида?!! — Заорал Кот ему в лицо. Он крепко сжимал серую ткань формы в кулаках и чуть приподнимал его над землёй, вжимая в стену с силой. Чернов, как и Тяпа был в ярости. Валя не предпринимал никаких попыток успокоить друга, не имел желания.
—Я-то чё?! — В шоке выпалил Вова. —Я в санчасти лежал с перемотанной башкой, чё я сделать-то твоей этой Рыси мог?! — На его лице отражалось недоумение, глаза расширились.
—А чё она рядом с тобой лежала тогда, м?! — Вступил Тяпкин, делая шаг к нему.
—Не знаю я! Пусти, бля, Кот! — Студер пытался вырваться, но всё тщетно. Его только сильнее вжимали в холодную, шершавую кирпичную поверхность сзади. Путей к отступлению не было.
—Знаешь! Говори! — Валя смотрел в его глаза. Сердце ускоряло ритм не от злости, а от страха за Юлю.
—Мне у пацанов спросить надо! — Только после этого разъярённый старший брат истерзанной мученицы его отпустил.
—Бегом. — Прошипел он.
Но Студер тоже авторитетом был, да и остаётся в пределах своего отряда, поэтому о достоинстве, даже после такого не забыл, конечно же бежать не стал, а даже наоборот спокойно пошёл. Валя не стал смотреть ему в спину, он сразу подбежал к окну, что вело в лазарет.
—Ты что делаешь, Тяп? — Удивленно пробормотал Кот, увидев, как пацан пытается запрыгнуть на небольшой отступ, чтобы сесть.
—К Юльке залезть хочу... Я постучу, она мне окно и откроет, запрыгнуть только надо...
***
В лазарете. Авторская речь.
Рысь лежала и смотрела в потолок. Всё болело и пекло. Нутро было выжжено едкими словами Студера окончательно. Она перестала слышать, как бьётся её сердце, а в глазах всё было размыто из-за скопившихся в них слёз обиды и тоски. На тумбе так и остался стоять стакан с водой, она не сделала ни глотка за всё то время, что прошло с момента, когда его принесли.