Глава 5. Завтрак
Госпожа Чжао недолго предавалась отчаянию. Скорбь, страх и укоры, копившиеся в душе все эти дни, выплеснулись наружу, а затем она вновь взяла себя в руки и продолжила нести своё бремя.
Будучи человеком долга, скрипя сердцем, она с натянутой улыбкой отправилась в главные покои, где госпожа Ли уже поджидала её, чтобы отдать новые приказания и щедро сдобрить их уничижительными взглядами. Сама госпожа Ли, опозоренная утром, теперь с удвоенным рвением вертела госпожой Чжао как хотела!
Завтрак у семьи Ань подавали в главных покоях. Собрались все сыновья и невестки, за исключением старшего внука Ань Цзышу, который ради учёбы проживал в уездном городе.
Ань Цзыци пришёл последним: брат и сестра, Ань Цзыцинь и Ань Цзыминь, вели его под руки. Он почти оправился от недуга, и привилегия отдельного питания для него закончилась, как и передышка для матери, которой вновь пришлось служить при общем столе.
Для него это был первый раз — сидеть за одним столом с таким количеством "родных". Всё казалось непривычным и даже немного любопытным.
Верхняя комната была просторной; все сидели за большим круглым столом. Госпожа Ли и старик Ань занимали главные места.
Покои были просторными, и все умещались за одним большим столом. Во главе восседали старейшина Ань и госпожа Ли. Рядом с последней пристроилась дородная девица лет шестнадцати–семнадцати. Увидев вошедших, она смерила их презрительным взглядом, фыркнула и тут же повернулась к госпоже Ли, жеманно заигрывая и щебеча. На лице хозяйки дома появилась улыбка — та, какую Ань Цзыци никогда прежде не видел, — но стоило ей заметить их троих, как улыбка мгновенно сползла.
Девица эта, конечно же, была младшей дочерью госпожи Ли — Ань Личжэнь.
По правую руку от неё сидела девушка помладше, лет четырнадцати–пятнадцати, в тёмно-синем платье, с гладкой толстой косой, перевитой красной шёлковой лентой. Этот наряд выгодно оттенял её фарфоровую кожу и черты, словно сошедшие со старинной картины.
Эта юная красавица была старшей дочерью главной ветви семьи, второй сестрой Ань Цзыци — Ань Цзыхуэй. Её-то и стоило винить за то, что он тогда оказался в ледяной воде!
Рядом с Цзыхуэй сидела ещё одна юная девушка, стройная, с мягкими чертами — третья по старшинству, Ань Цзихуа.
Дальше — старшая невестка, госпожа Сунь, затем вторая невестка, госпожа Ван. Госпожа Чжао занимала место в самом низу стола.
Три сына семьи Ань сидели по правую руку от старика, и Ань Лицзи также оказался на самом краю.