Глава 48: Именинник Айзек.

Апрель 1989 год. Невермор.

Коридор общежития был приглушённо освещён тёплыми лампами, которые здесь всегда казались слишком мягкими для такого холодного, почти готического здания. За окнами медленно темнел вечер, и тонкие ветви деревьев цеплялись за стекло, оставляя на нём тени, похожие на пальцы.

Т/и стояла перед дверью комнаты Айзека, чуть покачиваясь на пятках, стараясь удержать в руках торт так, чтобы свечи не дрогнули. Белый крем слегка блестел в свете ламп, а девятнадцать свечей уже были расставлены неровным кругом, как миниатюрный огненный венец.

Гомес стоял рядом с сосредоточенным видом человека, который воспринимает зажигание свечей как маленький священный ритуал. Его тёмные глаза блестели азартом, а уголки губ постоянно поднимались, будто он едва сдерживал очередную драматичную реплику.

- Всё... последняя, - тихо, почти торжественно сказал он, склоняясь ближе и поджигая фитиль.

Пламя вспыхнуло мягко, ровно, и свечи одновременно дрогнули, отбрасывая живые тени на стены коридора.

Мортиша стояла чуть в стороне, спокойно сложив руки перед собой. Её взгляд скользил по пламени так, будто она оценивает не торт, а редкий артефакт. На губах - едва заметная, почти довольная улыбка. В этом моменте она выглядела абсолютно естественно среди всего этого странного, но уютного хаоса.

Француаза держала коробку с подарком, чуть прижимая её к груди. Она время от времени поправляла волосы и бросала взгляды на дверь, явно ожидая реакции Айзека больше, чем самого сюрприза.

Грей стоял чуть сбоку, засунув руки в карманы, и наблюдал за ними с той спокойной полуулыбкой, которая появляется у человека, уже заранее уверенного, что сейчас начнётся что-то запоминающееся.

- Хорошо, Грей - дверь, - скомандовала Т/и, аккуратно перехватывая торт так, чтобы не задеть пламя.

Грей тут же кивнул, сделал шаг вперёд и резко открыл дверь.

В комнату сразу ворвался тёплый свет и запах бумаги, металла и чего-то слегка озонового - как всегда у Айзека, когда он работал над своими устройствами.

Т/и вошла первой, осторожно, будто несла не торт, а что-то куда более хрупкое. За ней тут же посыпались голоса.

- С днём рождения! - почти одновременно раздалось за спиной, смешиваясь с лёгким смехом Грея и тихим довольным выдохом Гомеса.

Айзек, сидевший за столом, резко замер.