Глава 31

   Последним, что увидел Кейсин, был уходящий ввысь, переливающийся звёздным светом шар. Всё дальше и дальше, всё выше и выше... До тех пор, пока не стал одной из множества ярчайших точек на очистившемся от грозовых туч небосводе. Было очень больно. И эта боль от раны не ослабляла, а усиливала мучительность осознания того, что произошло. Но кричать Кейсин уже не мог — силы оставили его.

   Ренни ударной волной отбросило в сквер, а куполовидный щит, само собой, тут же исчез. Иулиус и номер 34 бросились было на площадь, но Михаил остановил их. Он сам подошёл к Кейсину. Положение его было, мягко говоря, очень плачевным, и глава «Эдема» прекрасно понимал, что ни о какой опасности для людей уже не могло быть и речи. Он поднял одну из разгерметизировавшихся перчаток и повертел её в руках.

- Перчатки перестали держаться... Он что, уже... - номер 34 прикусил губу и отвернулся.

- Нет, здесь другое, - сказал Михаил. - Он больше не может распоряжаться нашей энергией, потому что она его покинула.Ты видел шар? - он взглянул на Константинопольского, который, вопреки запрету, всё же подошёл к Кейсину и присел рядом с ним. - Из-за удара молнии произошло перенапряжение, и энергия, которая и так была частично перенесена наружу, вырвалась. Те участки организма, которые её генерировали, полностью разрушились. Поэтому кровь... - он занёс ладонь над тёмно-алой полоской, из которой сочилась кровь, провёл пальцами в воздухе — рана с трудом, но начала затягиваться.

- Михаил, разве не ты пытался его убить? - Иулиус не верил своим глазам.

- Теперь это уже бессмысленно. Он больше не представляет угрозу кому-либо. А наказывать его не мне и не нам.

- С ним же всё будет хорошо? Он точно никому не навредит? - усомнился 34.

- Теперь нет. Разве что себе, когда очнётся, он, быть может, попытается... - вмешался Эйви. - Впрочем, этого опасаться не стоит. Мы за ним понаблюдаем. Не впервые сталкиваемся с теми, кто отличается... - он взглянул на подошедшего к ним Кси-О, - склонностями к самоубийству.