18 глава

В квартире пахло утюгом и духами — мама гладила отцовскую рубашку, а Ксюша стояла у зеркала, застёгивая серую куртку. На кровати лежал аккуратно собранный рюкзак — в нём вещи для поездки в Москву. Завтра утром поезд, но пока ещё был вечер, и обещание, данное Алине, — «пойти на дискотеку хоть на чуть-чуть».

На душе было какое-то странное спокойствие, с примесью усталости. Казалось, всё уже заранее расписано: поездка, встреча с Сашей, разговоры, тревога — но сейчас нужно просто прожить этот вечер.

Ксюша стояла перед зеркалом, поправляя волосы. Плотная коса, немного распущенные пряди у лица, лёгкий румянец. Она надела светлое платье, чуть ниже колен, поверх — тёплую куртку. На шее — тоненькая цепочка, подарок от бабушки. Смотрелась просто, но красиво.

Она вздохнула, обулась и уже наклонялась, чтобы застегнуть сапоги, когда за спиной послышался голос отца.

— Куда это ты собралась? Уже вечер, — нахмурился он.

— С Алиной прогуляюсь пойду, — спокойно ответила она, натягивая сапоги.

— Поздновато для прогулок, — буркнул он. — Ещё и расфуфыренная такая.

— Да я ненадолго, пап, просто возле подъезда, — улыбнулась Ксюша, хотя чувствовала, что тон отца становится подозрительно строгим.

— В таком прикиде — "возле подъезда"? — недоверчиво поднял бровь отец.

— Ну па... — только и выдохнула она, застёгивая куртку и поспешно выходя.

Дверь хлопнула, в квартире повисла короткая тишина. Отец, что-то пробормотав, подошёл к окну и выглянул. У подъезда стоял парень — высокий, в светлой куртке puma, с короткой стрижкой. Когда Ксюша подошла, он моментально расплылся в улыбке и, не сдержавшись, приобнял её за плечи.

Отец нахмурился, прищурился и, не отводя взгляда, произнёс:

— А вон как у нас Алина стала выглядеть. Возмужала, нет, ну ты глянь...

Мать, сидевшая на диване, даже не повернула головы:

— Да перестань, — устало сказала она. — Молодые, пусть погуляет уже. Чего ты сразу...

— Я ничего, — коротко отрезал он, но взгляд от окна не убрал. — Просто наблюдаю.

Он ещё секунду стоял так, пока пара, смеясь, не свернула за угол, и только тогда медленно отошёл, вернувшись к своим бумагам — с каким-то странным, колючим осадком внутри.

***

У подъезда уже ждал Ярик. Он стоял, засунув руки в карманы, и, увидев Ксюшу, буквально застыл. Свет фонаря падал на неё мягко, освещая волосы и лицо, и у него вырвалось почти невольно:

— Ничего себе...

— Что? — спросила Ксюша, чуть смутившись.

— Да ты... — он замялся, улыбнулся. — Просто красивая очень. Прям... ух.

Она засмеялась тихо, чтобы скрыть лёгкий румянец.
— Спасибо.