24 глава

Ночь в хрущёвке была густой и неподвижной. Москва, хоть и дремала после дневного зноя, всё ещё не отпускала жару: улицы отдавали остаточным теплом асфальта, бетонными стенами и запахами подъездов, прогретых за день. В квартире бабушки было тихо, но не совсем спокойно — где-то в глубине слабо пищал старый холодильник, на кухне одиноко оставался чуть тёплый запах лука и сгоревшего масла.

Ксюша лежала на кровати, поджав колени, словно от этого можно было защититься от самой себя. В комнате пахло старым деревом шкафа, чистым бельём, и чем-то неизменным, бабушкиным — смесь, которая всегда возвращала её в детство, но сейчас давила. Шторы колыхались от лёгкого ночного сквозняка, доносились звуки редких шагов на лестничной площадке.

Она не могла выкинуть из головы день. Каждый взгляд, каждое движение Фила, его почти незаметные жесты — всё словно застряло в её сознании. Лицо Ангелины с улыбкой, гордое, уверенное, руки на его плече, её слова — «мой жених» — звучали в ушах, будто удар, от которого нельзя отшатнуться.

Ксюша поворачивалась на кровати, подушку зажимая руками, закрывала глаза — и всё равно видела, как он смотрит на неё через зеркало в машине, как пальцы дрожат, когда он передвигает чемодан, как губы дрогнули, когда встретили её взгляд.

— На что ты вообще рассчитывала?.. — тихо пробормотала она себе. — Он взрослый, ему я была не интересна... Но почему тогда... — она сжала зубы, ударив подушкой, — ах, ладно.

Мысли о свадьбе только усугубляли боль. Завтра расписываются, завтра же гости, столы, фужеры, смех, улыбки. Ксюша понимала: её присутствие — лишь формальность, необходимое звено, чтобы родственники не устроили скандал. Она хотела уехать, уехать сразу после всего этого, не быть частью праздника, который для неё был чужим. Но бабушка, Саша, Таня — никто не дал ей выбора.

Она тяжело вздохнула, закрыла глаза и пыталась думать о чём-то другом. Но мысли снова возвращались к нему, к дню, к прошлому, к всему, чего теперь не вернуть.

И вдруг — тихий, но отчётливый звук. Что-то ударилось о стекло.

Ксюша вскочила, едва не выронив подушку.

«Камень?» — промелькнуло в голове. Она подошла к окну, прислонилась лбом к прохладному стеклу. На улице стояла тьма, только редкие огни фонарей отбрасывали блики на асфальт. Сначала она подумала, что это кто-то из соседей, шутка или случайность. Но через секунду снова — легкий стук о стекло.