Моя Люссиния: Под прицелом любопытных глаз

«Люссиния»

Голоса Диего, Феи и Велены обрушились на нас водопадом колких замечаний, как только мы с Люссинией вышли из туманного лабиринта. Я чувствовал, как ее рука, сжатая в моей, слегка дрогнула, а по ее щекам разлился нежный румянец. Мне захотелось тут же оградить ее от этого шквала, но я знал, что это бесполезно, да и, откровенно говоря, их шутки были скорее добродушными.

- Ну-ну, голубки. Мы тут, между прочим, мир спасаем, а не... - начал Диего, и я почувствовал, как напрягаюсь. Ему всегда удавалось найти самое неудобное определение. - ...не в парке на свидании. Хотя, судя по вашим лицам, свидание было весьма удачным.

Я увидел, как Люссиния втянула голову в плечи, пытаясь скрыть смущение. Ее кожа, обычно бледная, сейчас приобрела оттенок нежной розы, и я не мог отвести от нее взгляд. Этот румянец делал ее еще более живой, еще более... моей.

- Диего, - попыталась она, но голос ее был слишком тих.

- Что «Диего»? - он поднял руки. - Я ничего такого не говорю. Просто... атмосфера в этом лабиринте, похоже, очень располагает к задушевным беседам. Или, как в вашем случае, к... очень близкому общению.

Я крепче сжал ладонь Люссинии, чувствуя ее тепло и мягкость. Мне хотелось заткнуть Диего, но я видел, как в уголках глаз Люссинии затаился легкий блеск, выдающий ее невольную улыбку.

Фея, изогнув бровь, добавила свое едкое замечание:
- О, я почти не заметила, как стены вибрировали от вашей... глубокой философской дискуссии. Кажется, кто-то очень усердно делился мыслями. Губами. Снова.

Я вздохнул. Они нас раскусили. Впрочем, это было неизбежно.
- Хватит, Диего! - произнес я, стараясь придать голосу строгость, хотя внутри меня уже роилось затаенное веселье. Я чувствовал себя неловко, будучи в центре такого внимания, но присутствие Люссинии рядом делало это смущение странно приятным.

- Ну, что хватит? - Диего пожимал плечами. - Мы же команда! Все должно быть прозрачно. Особенно, когда речь идет о... романтических связях прямо посреди опасного приключения. Это ведь, знаешь ли, влияет на боевой дух! В хорошем смысле, конечно!

Люссиния, видимо, почувствовала мой легкий гнев, и ее пальцы слегка сжали мою ладонь. Я опустил взгляд на ее волосы, которые, после тумана, слегка растрепались, обрамляя ее лицо мягкими прядями. Они всегда казались мне такими шелковистыми, и сейчас я чувствовал желание провести по ним рукой, убрать их за ухо, чтобы лучше видеть ее прекрасные глаза.

- Мы просто... разговаривали, - пробормотала она.

Я почти усмехнулся. «Разговаривали». Если поцелуи - это разговор, то да, мы провели очень глубокую беседу.

Диего закатил глаза. - «Разговаривали», конечно. Губами, да? Ну, главное, чтобы вам было что сказать друг другу. И что-то мне подсказывает, что это «что-то» было очень важным.

Фея сделала вид, что глубоко задумалась.
- Ну, если Мор'Вин хотел проверить нашу *любовь*, то вы, ребятки, явно решили показать ему мастер-класс. Даже не представляю, какой пункт в задании был: 'Целоваться до потери пульса в тумане'.

Каллум, наконец, не выдержал и тихонько рассмеялся, бросив на нас одобрительный взгляд.

Но тут вперед вышла Велена, и ее взгляд, обычно полный интриг, теперь был направлен прямо на меня, с легкой, дразнящей улыбкой.
- Ох, Леонтин, неужели ты наконец показал, что у тебя под этой броней не только мускулы, но и... сердце? А я-то думала, тебя только приказы интересуют. Что же, Люссиния, поздравляю. Ты первая, кто растопил этого снежного принца. А я уж думала, что придется мне лично браться за дело.

Я почувствовал легкое раздражение, смешанное с... чем-то вроде гордости. Гордости за то, что Люссиния выбрала меня, а не кого-то другого. Я обнял ее за талию, притягивая еще ближе к себе, чувствуя ее хрупкое тело рядом. Этот жест был инстинктивным, желанием показать всем, что она моя, и я не собираюсь ее отпускать.

- Довольно, - сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо, но в нем проскользнула и нежность. - Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мою личную жизнь. У нас есть более важные дела.

- О, конечно-конечно! - Диего сделал вид, что испугался. - Но согласись, капитан, это же так мило! Наш суровый Леонтин, который никогда не улыбался, теперь... воркует!

- Я не воркую, - огрызнулся я, но мои глаза встретились с глазами Люссинии. В ее взгляде я увидел смущение, но и искрящуюся радость, ту самую, что заставляла мое сердце биться быстрее. Ее губы, которые всего несколько минут назад так нежно касались моих, теперь были слегка приоткрыты в легкой улыбке, и мне вновь захотелось их коснуться.

Велена прищурилась, продолжая свой игривый напор.
- Не скромничай, капитан. Такие моменты нужно ценить. Хотя, должна признать, было бы интересно посмотреть, как ты справляешься с несколькими поклонницами сразу.

- Да, - добавила Фея с едкой усмешкой. - И кто бы мог подумать, что самым действенным оружием против древнего зла станет ваш поцелуй. У меня, например, был план с огненными шарами, но, видимо, это уже устарело.

Я игнорировал их. Мой взгляд был прикован к Люссинии. В этом тусклом свете она казалась мне еще более прекрасной, чем обычно. Ее черты были такими изящными, ее глаза - глубокими и выразительными, отражающими каждую эмоцию. Она была хрупкой, но в то же время невероятно сильной, и это сочетание всегда меня поражало.

Я знал, что впереди нас ждут серьезные испытания, что наша миссия важнее всего. Но сейчас, держа Люссинию за руку, чувствуя ее рядом, я понимал, что эта связь, эта новая, необъяснимая близость, делала меня сильнее. Я был готов ко всему, лишь бы она была со мной. Мы продолжили путь, и я ощущал ее тепло рядом, ее руку в моей. Их шутки продолжались, но теперь они казались лишь фоном, усиливающим остроту нашего личного момента. Каждый раз, когда Диего, Фея или Велена отпускали очередное колкое замечание, я сжимал ладонь Люссинии, а она поднимала на меня свои прекрасные глаза, полные нежности и легкой веселости, и в этот момент весь мир вокруг нас исчезал, оставляя только нас двоих.