Глава 5. Эшли.

В ушах звенело, голова в месте удара пульсировала — я чувствовала, как ручеёк крови спускается по виску. Без резких движений, стараясь не привлекать внимания, я пыталась оценить своё положение и понять, нет ли других повреждений. Очень медленно напрягая мышцы, попыталась открыть глаза.

В горле пересохло, глаза будто засыпали песком — каждое движение отдавалось острой болью. Я подняла голову — слишком резко: волна боли накрыла с новой силой.

— Смотрите, кто проснулся, — раздался знакомый голос. Шаги приближались — их было несколько, или это просто последствия удара?

Чья‑то рука властно схватила меня за подбородок, заставляя поднять взгляд. Перед глазами расплывались смутные очертания лица Джеймса, но его глаза я видела отчётливо — холодные, изучающие.

— Доигралась, охотница? — он, похоже, улыбался — я пока плохо различала черты его лица, глаза ещё не привыкли к свету лампы.

— Чего тебе нужно, Джеймс? — выдавила я хриплым голосом.

— Того же, чего и тебе, — он отпустил мой подбородок и отошёл. — Мне нужно знать, кто устраняет людей Фальконе.

Эти слова мгновенно привели меня в чувство. Я выпрямилась, взгляд стал ясным. Боковым зрением уловила ещё одного человека, но он не имел значения — всё моё внимание было приковано к Нельсону.

— То есть в бандах Фальконе тоже пропадают люди? — теперь голос звучал ровно.

Джеймс бросил взгляд на своего помощника:

— Оставь нас, - проговорил он на русском.

— Знаешь русский? Похвально, — я не удержалась от усмешки.

Когда помощник вышел, Джеймс продолжил:

— Не притворяйся дурой, ты всё прекрасно знала, — он скрестил руки на груди, облокотившись на колонну.

Я нахмурилась от его ребяческого тона, окинула его фигуру взглядом.

— Я не знала, что у Карло пропадают люди. Если бы кто‑то мог мне об этом рассказать, так это отец. Но Этана волнуют только его люди, — резко ответила я.

— Ну, тут два варианта: либо ты обманываешь меня, либо твой драгоценный папочка тебя. Потому что Карло лично разговаривал с Этаном об этом. Кстати, из‑за этого у них и возник небольшой конфликт.

— Когда была встреча? — я старалась сохранять спокойствие.

— Вчера.

Я замерла. Вчера? Отец сам вечером проклинал Фальконе, обвиняя его в пропажах наших людей. Но если пропадают не только наши… Почему он не сказал мне? Почему велел пытать Нельсона, чтобы получить ответы?

«Что‑то не сходится. Либо отец скрывает от меня правду, либо Джеймс врёт. Но зачем Джеймсу врать? У него нет причин… Или есть?»

— Бедняжка Эшли чувствует себя обманутой. Какая жалость, — Джеймс скорчил гримасу сочувствия.