Глава 17. Джеймс.

Испуганным взглядом я следил за тем, как девушка начала падать. Время словно замедлилось: каждое движение отдавалось острой болью в теле, но я не мог позволить себе замешкаться. Подхватив Эшли, зажмурился от пронзившей боли — видимо, при аварии досталось сильнее, чем казалось сначала. Медленно, стараясь не навредить ей, опустился на землю.

Приложив два пальца к вене на шее, нащупал пульс. Сердце билось — медленно, ровно. Это немного успокоило. Прислушался к дыханию: оно было резким, рваным. Что‑то явно мешало ей сделать нормальный вдох. Рёбра, — мелькнула мысль. Скорее всего, сломались или треснули.

Выругавшись сквозь зубы, поднял Эшли на руки. Каждый шаг отдавался пульсацией в голове, но я стиснул зубы и понёс её к чёрному внедорожнику — тому самому, на котором приехали нападавшие. Их тела лежали неподалёку, с пулями во лбу.

Усадив девушку на переднее сиденье, аккуратно пристегнул ремень, убедившись, что она не упадёт при движении. Затем бросился к нашей разбитой машине. В багажнике лежала сумка с деньгами — я снял их на неделе, не зная тогда, насколько они нам понадобятся. Схватив сумку, вернулся к внедорожнику и бросил её на заднее сиденье.

Теперь нужно было замести следы.

Перетащив тела нападавших в нашу покореженную машину, достал из багажника канистру с бензином. Руки дрожали, но я старался действовать чётко, без паники. Облил салон и кузов, стараясь не пропустить ни одного уголка. Затем достал зажигалку, замер на мгновение, глядя на безжизненные тела и искорёженный металл.

— Простите, — прошептал я, хотя знал: они не заслуживают ни сочувствия, ни прощальных слов.

Чиркнув зажигалкой, бросил её в лужу бензина. Огонь вспыхнул мгновенно, разрастаясь жадным пламенем. Я отступил на шаг, наблюдая, как пламя пожирает всё, что могло связать нас с этой ночью.

Стоя перед костром, задумался: На сколько нас хватит? Сколько мы будем бегать? Сколько ещё нам будет так везти, как сегодня?

Пламя отражалось в моих глазах, словно насмешливо отвечая на вопросы.

Развернувшись, направился к внедорожнику. Эшли всё ещё не приходила в сознание. На улице уже опустились сумерки, и огонь был виден особенно отчётливо — яркое пятно в сгущающейся тьме.

Сев за руль, вырулил на дорогу. Посмотрел в зеркало заднего вида — пламя всё ещё полыхало, но постепенно скрывалось из виду. Пусть всё останется там, — подумал я. В этом огне.

До Бостона оставалось несколько миль. К этому времени Эшли начала приходить в себя.

— Где мы? — спросила она хриплым голосом, приоткрывая глаза.