Глава 6. Больно осознать.
Адам не сразу понял, что спит. Вокруг стояла такая тишина, будто сам мир затаил дыхание. Но что это было — сон? кошмар?
Кто вообще мог спокойно заснуть после всего, что происходило с этими молодыми людьми... особенно с ним.
Он видит Софи. Счастливую, в белом платье. Чистую, как облака в небе, как первая снежинка. Солнечные лучи обнимают её хрупкий силуэт. Ветер играет с длинными каштановыми волосами. Она бежит сквозь поле белых пионов, нежно касается лепестков — и каждый её касание окрашивает цветы в багровый.
Адам не знает, что это за место. Оно похоже на весну из самых светлых детских воспоминаний, но теперь пронизано странной тревогой. Он отчаянно тянет к ней руки, почти достаёт до подола платья. Она всё дальше... он не успевает.
Софи его не замечает. Улыбается, кружится среди цветов — и вдруг... сад словно поглощает её. Она опускается в объятия пионов, уже все — кроваво-красные. Исчезает. Словно и не существовала.
Адам кричит изо всех сил — но звука нет. В этой мёртвой тишине орёт лишь сердце, умоляя: «Вернись...»
Но Софи уже растворилась в багровом море цветов.
От неё остался только кусочек белого платья.
Так хоронят тех, кто не успел вкусить счастья — девиц, обёрнутых в белые одежды, украшенные цветами, чтобы даже в последнем сне они были прекрасны. Чтобы, увидев их, сам мир раскаялся в том, что не спас.
Очнувшись, Адам почувствовал холодный пот на лбу. Он больше не смог заснуть.
Проснулся Итан.
— Адам?.. Снова то же самое?
Адам лишь вытер лоб. Взгляд его метался, будто он искал опору. С нервным жестом откинул волосы со лба.
— Я видел её... среди цветов.
Итан, приподнявшись на локте, сонно пробормотал:
— Софи?
— Да. Это было так странно... Она улыбалась. Я хотел дотянуться, но не мог. Она исчезла... будто прощалась.
— Твои мысли запутались. И потом, ссора с Софи... вот тебе и кошмары.
— Что мне делать, Итан? Я... рушусь. Всё выходит из-под контроля.
— Хватит нить. Помиритесь — и всё.
— Ты слишком просто говоришь.
— Ничего сложного. Главное — тронуть сердце.
— Здесь что-то другое.
— Что?
— Не знаю... Что-то меня тревожит. В тот день, когда мы встретились... случилось что-то. Потом ссора...
— Ну да, она же увидела твой полицейский жетон.
— Нет, нет, не в этом дело... раньше. Она сказала что-то... личное. Но почему-то я будто уже знал это, хотя... откуда? Потом мы поругались и...
— Ты окончательно двинулся на почве любви, друг. Мои поздравления.
Адам вздохнул и рухнул обратно на кровать.
Он больше не сомкнул глаз. Внутри шумел ветер — тот самый, с того поля, где осталась его душа.