Глава 2

***
Доверие легко потерять.

Но настоящее зло — оно умеет ждать, пока ты снова поверишь.

***

Май.

Но в Миннесоте май — это просто красивое слово, которое по факту означает апрель, но чуть чище.

Я иду по кампусу, зябко прижимая руки к бокам. На мне толстовка, но ветер всё равно ухитряется пробраться под ткань, ударить в шею, в ключицы, словно специально проверяет: а точно ли ты проснулась?

Я втягиваю голову в капюшон. Настоящий эффект черепахи. Если бы я могла полностью спрятаться внутрь, я бы спряталась. 

Люди проходят мимо — быстро, шумно, энергично. А я... просто иду. Слушаю шум листвы над собой. Чувствую запах утреннего кофе от кого-то, кто прошёл рядом. И в голове — странная пустота. Та самая, которая появляется, когда слишком рано утром и слишком мало сна. 

Я поднимаю взгляд на здание колледжа. Большое, скучное, серое — как будто специально построено таким, чтобы никто не ожидал от него ничего вдохновляющего. 

Я поднимаюсь по ступенькам, когда за спиной раздаётся голос:

— Элли!

Моё имя звучит так громко, будто ударилось о стены и вернулось эхом. Я останавливаюсь. Не сразу понимаю, что это ко мне. Некоторые люди оборачиваются, а я — как будто нет. Внутри на секунду всё зависает. И только потом доходит.

Знакомый голос. Знакомый тон.

Я медленно поворачиваю голову. 

И вижу его.

Джейсон стоит чуть в стороне, возле той самой скамейки, где вечно собираются первокурсники. Он выглядит так, будто случайно очутился здесь сам, хотя я знаю — ничего случайного в его появлении нет. 

Он поднимает руку, будто боится, что я опять проигнорирую. На лице — что-то странное. Не раздражение. Не наглость. И даже не его фирменное «я всё ещё уверен, что ты без меня скучаешь».

Нет. Там лёгкая растерянность. И, может быть... вина?
Тяжело понять.

Он делает пару шагов ко мне.
Я стою на месте. Просто смотрю. И всё, что внутри — это смесь холодного ветра и желания развернуться и сделать вид, что я не расслышала.

Но я не ухожу. Я стою.
Потому что так проще, чем объяснять кому-то, почему ты не хочешь разговоров.

Джейсон останавливается в двух метрах. Не подходит слишком близко, как раньше. И это тоже странно.

— Элли... — говорит он уже тише. — Наконец-то ты...

Я чуть приподнимаю брови, не произнося ни слова. И он видит. Он прекрасно видит, что я не собираюсь облегчать ему задачу.

Секунда. Две.
Он сглатывает.

А внутри меня всё ещё только одна мысль: май, холодно. И я не хочу этого разговора.

— Элли... — он делает вдох, выдох, — ну хватит уже дуться. Две недели? Серьёзно?