Глава 19
***
Самое тяжёлое — понять, что никто не обязан тебя спасать.
Даже те, кто обещал.
***
Когда дверь за моей спиной захлопнулась, улица поглотила меня неоном и неестественной, давящей тишиной. Такой тишиной, в которой слышно, как сердце делает пропущенный удар.
Я обернулась. И увидела её.
Чёрный автомобиль, стоявший чуть в стороне, казался не машиной, а вырезанным из ночи прямоугольником пустоты. Стёкла тонированы настолько, что они не отражали, а поглощали свет.
Я сделала первый шаг, потом второй. Фары вспыхнули на мгновение. Стекло со стороны пассажира беззвучно поехало вниз. Механизм работал бесшумно — с дорогой, уверенной плавностью. В образовавшемся проёме возникло его лицо. Не сразу: сначала я увидела лишь профиль, подпёртый костяшками пальцев. Потом он медленно повернул голову. Его глаза встретились с моими — тёмные, неспешные. В них не было ни удивления, ни угрозы, только спокойное, всевидящее внимание — как у человека, который ждал именно этого и теперь просто фиксирует факт.
— Ты ко мне? — его голос ровный. — Или просто решила прогуляться возле моей машины для атмосферы?
Я моргаю, чувствуя, как дыхание чуть сбивается.
— Я... я вышла, как ты сказал.
Тайлер медленно переводит взгляд вниз — на мою руку, вцепившуюся в ремешок сумки, будто я держусь за неё, чтобы не развернуться и не сбежать.
— Выйти — это одно, — произносит он на выдохе, растягивая слова. — Но вот подойти — это уже другое действие. — Он опускает стекло до конца. — Подойди, Элли. Я не кусаюсь.
У меня перехватывает дыхание.
— Ты... издеваешься?
— Если бы я издевался, ты бы это поняла. — Он лениво откидывается назад. — Дверь открыта. Решай сама, что дальше.
Я замираю на долю секунды, не в силах пошевелиться. Он не торопит, лишь его взгляд, тяжёлый и неотрывный, давит сильнее любых слов.
— Ты садишься? — наконец напоминает он. — Я же сказал... я не люблю, когда меня заставляют ждать.
Я делаю шаг. Потом ещё один. Каждый — будто против природы. Ручка двери на секунду кажется ледяной. Дёргаю — и тишина внутри машины накрывает меня, будто захлопнулась крышка.
Тайлер не двигается. Только взгляд смещается на долю миллиметра — отслеживая, как я закрываю дверь.
— Вот и хорошо, — произносит он тихо, почти про себя.
Я крепко сжимаю ремень сумки на коленях, заставляя себя не смотреть на него прямо. Но он, кажется, прекрасно видит каждое моё напряжение.
— Пристегнись, — говорит он ровно.
Я щёлкаю ремнём. Пальцы предательски подрагивают — лёгкая, почти незаметная дрожь.
— Замёрзла? — спрашивает он, не глядя на меня.