Глава 10. Чистая кровь
Стук сердца отзывался эхом в ушах. Думать становиться ужасно сложно и болела голова. Феликс не хотел уходить домой, куда его сейчас вели. Нет, скорее, он не хотел оставлять Элиаса одного в таком состоянии. Что бы не сделал этот юноша - он не заслуживает оставаться в одиночестве. Феликс решил для себя, что завтра, когда Элиас придёт в церковь, а мальчик неприменно придёт, он извинится. И потребует извинений от него, потому что такое поведение, всё же, недопустимо и ему пора взрослеть. Запястье до сих пор жгло огнем. Кожу на спине - тоже. Феликс подумал, что, скорее всего, он стер и так израненную кожу сутаной, но слишком глубоко об этом задумываться не стал. Не было смысла.
- Этот ребенок просто невыносимый. - Ругается Катарина рядом. - Ты в порядке? Что он хотел?
- Не будь слишком строга к нему... - Феликс подает свое предплечье подруге, позволяя ей опереться. - Я в порядке, поэтому тебе не нужно так злиться.
- Феликс, ты всегда был добрым человеком, - вздыхает она, - но не позволяй другим людям делать плохие вещи, сколько лет я уже говорю тебе это?
- Кажется, что всю жизнь, - грустно улыбается Феликс, открывая калитку к дому.
- А тебе пора-бы прислушаться, - вздыхает в ответ Катарина и отпускает его руку, когда они подходят к двери.
- Ты зайдешь на чай?
- Я устала и не заставляй свою жену ревновать. Спокойной ночи, Феликс.
На прощание они целуют друг друга в щеки и больше взглядами не пересекаются. Феликс заходит внутрь и устало выдыхает, снимая обувь. Тепло дома больше его не согревало. И он вдруг не смог вспомнить, а согревало-ли когда-то вообще? Не понятно, повлияла ли на это их с Молли ссора или разговор с Элиасом, но что-то точно изменилось. Что-то изменилось в нем самом и одному богу было известно, что именно. На плите его ждёт ужин - еще теплый - а с верхнего этажа слышится звук падающей воды. Есть не хотелось. Подниматься наверх тоже. Но он всё равно ступает по ступеням выше, стараясь быть как можно тише. Половица скрипит под его ногой и звук из душа, кажется, становится тише. Феликс вздыхает от непонятного разочарования.
В спальне, сняв сутану и переодевшись, в пижаме он встает на колени перед кроватью. Скрепляет руки в замок и закрывает глаза, опустив голову. Молитва об избавлении от греха сама по себе полилась из его уст. Он услышал, как позади скрипит половица и открывается дверь, но никак не отреагировал. Молли смотрит на него молча, прислонившись к дверному косяку. Ждёт.