Получается, я у тебя первый?... Это возбуждает.

Филипп запер дверь на замок, отсекая гул басов и пьяные выкрики за стеной. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только его тяжелым дыханием. Он сел на край кровати и вызвал номер, который уже выучил наизусть.

Один раз. Второй. Третий. Тишина...На четвертый раз, как только послышался щелчок соединения, в трубке раздался резкий, сонный и злой голос Джейн:

— Если я не беру трубку, это означает, что я не хочу с тобой разговаривать! — выпалила она. — Сент-Клер, у тебя совесть есть? Время три часа ночи!

Филипп тихо рассмеялся, откидываясь на подушки. Этот звук — её настоящий, живой гнев — подействовал на него лучше любого алкоголя.

— Оу, какая колючая... — протянул он, смакуя каждое слово. — А что, Блэквелл не научил тебя манерам? Или он сейчас слишком занят той брюнеткой в коттедже, чтобы следить за твоим языком?

Джейн хотела сбросить вызов, её палец уже дрожал над красной кнопкой, но следующий вопрос Филиппа заставил её замереть.

— Кстати, ты не интересовалась, что сейчас делает твой парень? Надеюсь, он всё-таки сдержал свой пыл. Знаешь, у этой девицы такие же длинные волосы, как у тебя, только взгляд... куда более опытный.

На том конце провода повисла тяжелая, удушающая тишина. Филипп почти физически чувствовал, как у Джейн перехватило дыхание.

— Что молчишь, карамелька? Неужели ты думала, что он будет сидеть в углу и рассматривать твою фотографию, пока вокруг столько соблазнов?

— Не называй меня так! — выплюнула она, и в её голосе вспыхнула ярость. — И не смей врать мне про Джека. Я знаю, какой он.

— Да неужели? Ты знаешь того Джека, которого он тебе показывает. А я вижу его сейчас. Как я могу не называть тебя карамелькой? Ты же такая сладкая, Джен... даже когда пытаешься казаться сильной.

— Ты больной, Филипп, — прошептала она. — Тебе лечиться надо. Оставь меня в покое.

— Оставить? Не могу. Малышка Джени... я соскучился. По-настоящему. По тому, как ты морщишь носик, когда злишься. По запаху той перекиси в кафе.

Филипп лениво растянулся на кровати, закинув руку за голову. Джейн уже была готова нажать «отбой», но Филипп, почувствовав это, нанес удар под дых:

— Ты рассказала ему о нашей тайне? Мне вот интересно... бинты на его руках — твоя работа? Получается, ты обработала его раны сразу после меня? — он сделал паузу, и его голос стал вкрадчиво-опасным. — Получается, я у тебя первый?... Это возбуждает. Но как на это отреагирует Джек?