Глава 11: Будущее, которого нет
Хорошо известно, что излишняя гордость плотно соседствует с глупостью. Она в каком-то смысле даже опасна и всегда способствует краху. А смирение, кротость и трезвая самооценка, наоборот, приносят за собой мудрость, почёт и спасение от глупых ошибок. К сожалению, Триша всем перечисленным не обладает, поэтому до сих пор лежит на полу и едва не рыдает.
До чего же ей стыдно и страшно одновременно! Броситься прямо в руки к фантому, желая помочь человеку, которому эта помощь не нужна и задаром... Вопиющая глупость, разом перекрывшая недавний инцидент с леденцом. Но тогда обошлось без свидетелей, а теперь нет — вот он лежит совсем рядом и жалобно бухтит себе что-то под нос.
— Эй, ты в порядке? — спросила Триша, наконец открыла глаза и удивилась, что фонарик на каске снова включён и работает.
— Нет. Я больно ударилась. Из-за тебя, — сказала Айви, по-лягушачьи усаживаясь на полу. Щуплые ноги, руки, штормовка — всё в пыли. Даже на щеке откуда-то грязный след появился.
— Прости.
— Зачем ты врезалась в меня? Я испугалась... Чуть глаза не открыла. Думала, исчезну. А это ты... — потирая правое плечо, сказала она.
— Так это я виновата?! Если бы ты не сбежала, то всего этого вообще никогда не случилось!
— Я не сбегала. Я просто ушла.
— Ушла?! Да мне наплевать! Ты не имела права покидать заставу. Ты должна...
— Почему?
— Что почему?
— Почему я не имела права просто уйти?
— Да потому что это опасно! И таков закон! Выжившие не имеют...
— Закон? Какой-то дурацкий закон.
Айви подобрала под себя ноги и продолжила сидеть, слегка хмурясь и поглаживая плечо. А Триша тем временем пыталась придумать, что ответить на столь банальную, детскую фразу. Ведь он в самом деле дурацкий. Какое право имеет она или кто-либо другой насильственно удерживать выживших на территории убежища, словно скотину? Чем таким они провинились? И что в таком случае последует дальше? Начнут принуждать к размножению? А может, за попытку самоубийства в карцер закроют? Но подобное и так уже последние два десятилетия вовсю практикуется.