2(гл)

---

Глава 2 — Тени трона

Двор Пиковой короны встретил их холодом. Не погодным — человеческим.

Гвардейцы узнали Валета. Одни потупили взгляды, другие — вонзили колкие взгляды в спину. Всё было как прежде, но всё было не так. Тронный зал потерял блеск. Канделябры потускнели. Золото на стенах покрывалось трещинами. Символично.

— Здесь тебя не ждут, — сказал Король, шагнув рядом. — Но ты нужен.

Вару не ответил. Он смотрел на гобелен, где ещё был изображён сам — справа от трона, с мечом в руке и пламенем в глазах. Какой же наивной была та версия себя.

Когда они вошли в его старые покои, Король не задержался. Только прошёл мимо — как в прошлом — и остановился у окна.

— Здесь всё осталось. Я не позволил убрать ничего, — произнёс он негромко. — Как будто ждал, что ты вернёшься.

Вару обернулся. Его сердце предательски сжалось. Стол был покрыт пылью, но на нём лежала чёрная перчатка — одна из пары, потерянной в ночь побега.

— Ты хранил это?

Король кивнул. Медленно повернулся к нему лицом.

— Хранил многое. В том числе — себя. Для тебя.

Молчание повисло между ними. Слишком плотное. Слишком жаркое.

Вару шагнул ближе. Он не знал, зачем. Не знал, хочет ли поцеловать — или ударить.

— Мы не можем… — начал он.

— Но всё равно хотим, — перебил Король.

И это было правдой. Он видел это в его глазах. В том, как тот напряжён, как будто сдерживает шторм.

Следующий шаг был уже не по воле.

Король протянул руку, дотронулся до его подбородка. Вару не отпрянул. Он знал — всё, что произойдёт сейчас, изменит их. Возможно, снова сломает. Но отступать было некуда.

Губы Короля коснулись его осторожно, почти с трепетом. А потом — с жадностью. С отчаянной тоской. Как будто шесть лет одиночества, шесть лет проклятых снов, теперь вырвались наружу.

Они слились в поцелуе, полном боли. Руки Короля вцепились в волосы Вару, будто боялся, что он снова исчезнет. А Вару отвечал, впиваясь зубам..

...

...А Вару отвечал, впиваясь зубами в губы, как в доказательство того, что это - не сон. Он не мог больше лгать себе. Их поцелуй был не просто воспоминанием - это было возвращение инстинкта. Яда. Привычки.

Любви, которую никто из них так и не смог убить.

- Сними это, - прошептал Король, его голос срывался, когда руки коснулись ткани на плече Валета. - Я должен видеть, что осталось.

Вару молча позволил. Пуговицы расстёгивались дрожащими пальцами. Одежда соскальзывала с плеча, обнажая кожу - чужую и знакомую. Под ключицей темнел свежий шрам, извилистый, как змея.

Король провёл пальцами по нему - не с жалостью, а с благоговением. Он наклонился, прикасаясь губами к метке, оставшейся после плена.

- Ты всегда был слишком упрям, чтобы умереть, - прошептал он.

- А ты всегда был слишком горд, чтобы остановить мою кровь, - ответил Вару, притягивая его ближе.

И вот снова - их тела, сложенные в память. Пальцы Короля изучали его, будто перечитывали книгу, в которой слишком долго не открывали страницы. Касания были осторожны, но под ними пульсировала сдерживаемая ярость - к себе, к судьбе, к этим шести годам тишины.

Они двигались к кровати почти не глядя. Валет первым оттолкнул Короля на постель, сбрасывая последнюю преграду между ними. Мантия соскользнула с плеч, за ней - ткань рубашки. Королевская кожа была исписана не только шрамами, но и жаждой.

- Посмотри на меня, - потребовал Вару.

И когда их взгляды встретились, там не было победителя. Ни трон, ни корона, ни меч - ничего не имело значения. Только двое.

Первый толчок - резкий. Как война. Как вызов. Король прикусил губу, сдерживая стон, но Вару не хотел тишины. Он хотел услышать, как ломаются стены, которые тот строил годами.

- Говори. Или кричи, - прошептал он в ухо. - Но не молчи.

Король зашипел, но подчинился. Его руки сжимали бёдра Валета, как якорь. Он был в нём - полностью, наконец - и каждая их встреча была не просто физической. Это была месть судьбе. Это было признание.

Скорость нарастала. Тела стучались о постель, дыхание рвалось с губ. Боль смешивалась с наслаждением, границы стирались. Они не были больше Король и Валет. Не были врагами, не были даже любовниками.

Они были только людьми. Сломанными. Голодными. Неискупленными.

И когда всё кончилось - не в крике, а в почти беззвучном содрогании - они замерли.

Вару лежал, прижимаясь к его груди. Король гладил его волосы.

Молчание между ними теперь было другим. Оно больше не жгло.

- Ты всё ещё моё слабое место, - сказал Король, едва слышно. - Единственное.

Вару закрыл глаза.

- И ты моё.

---

.