Глава 21

- Как открыть эту статую? Как открыть эту гребаную статую, черт тебя подери?!

Иногда очень полезно изучать тонкости психологии и играть на струнах человеческой души.

Ион сумел убедить и полицейских, и даже Ингу повременить с определением Ивана Александровича в СИЗО.

- Недостаточно веских доказательств, - лучезарно улыбался Ион, поднося каждому сотруднику полиции чай в фарфоровой посуде. - Иван Александрович сейчас полезен нам здесь. Навряд ли вы повезете статую в отдел полиции, а без господина Железникова, полагаю, открыть ее не представится возможным. К тому же, будет очень много шума. Вы же не хотите шума, сэр? Иван Александрович - основатель и заведующий крупнейшей лабораторией страны. Он один из гениальнейших людей, а его изобретения настолько непревзойденны, что ломают мозг своим совершенством. Не надо так спешить, сэр. Все успеется. А пока предлагаю запереть Ивана Александровича в одной из комнат института.

И ему поверили.

Его жестам, его тону, его аргументам и доброму взгляду.

Ему поверили.

Все, кроме пары чересчур подозрительных полицейских. Но и на них нашлась своя управа. Чай в красивых фарфоровых чашках и несколько капель той самой сыворотки в нем, припасенной Ионом в маленькой капсуле как раз на такой случай.

- Чего ты молчишь?! Ты же обещал рассказать все! Как открыть статую, и что находится внутри?!

Иван Александрович, хоть и был в наручниках - уже не электронных, а обычных, железных, проверенных - вел себя слишком уж высокомерно и снисходительно. Покачивал ногой, ухмылялся и не сводил глаз то с Иона, то с Инги.

- А тебе только это интересно, солнышко мое? - проворковал Иван Александрович и демонически улыбнулся.

Ион быстро схватил Ингу за руку, чтобы эта самая рука с размаху не прилетела Ивану Александровичу в лицо.

- Как ты смеешь меня так называть?! - рявкнула она.

Ион на всякий случай придерживал Ингу за талию.

Ему нравилось придерживать ее за талию.

Ему нравилось, что никто на это внимания не обращал.

Никто, кроме проворных глаз Ивана Александровича, которые игриво сияли всякий раз, когда Инга и Ион неосознанно и почти незаметно выдавали поведением свои теплые отношения.

- Я почти не называл тебя ласково, признаюсь, - вздохнул Иван Александрович. - Я всегда был с тобой вежливо-холоден, официален и тактичен. Дай мне шанс исправиться? Хотя бы по истечении последних дней моей жизни?

- Я знаю, кто ты! - крикнула Инга.

Иван Александрович прищурился.

- Да ну? Правда, что ли?