15.И как оно?

P.s. В данной главе с разрешения упоминаются персонажи из «Хрустальные сердца|| Кащей. Турбо» от Tilya_22

16 мая 1987 года

Пока Кощея врачи с того света вытаскивали, Олю поддержкой верные друзья окутали, помогая с шоком справится.

–Василёк, тебе надо отдохнуть, - положил руку на плечо девушке Вершинин, ведя подругу к своей волге. — Поехали в гостиницу. Там у меня номер снят. Выспишься. А завтра в больничку к ненаглядному нашему поедем.
Квартирку потом найдём. Поживем там.

–Ребятки, а вдруг с ним там что-то случится?- всхлипнула она. Слезы вот-вот с новой силой польются из глаз.

– Оль, - подошел и улыбнулся Сокол, пытаясь приободрить подругу. –Нормально всё будет. Кащеев наш сильный. Выкарабкается. А ты верь главное. Мысли материальны. Думай о хорошем.

Костя распахнул дверь, приглашая сесть на заднее сиденье Васильеву. Девушка кивнула и опустилась на прохладную кожаную обивку салона, доставая из своей сумочки маленький носовой платочек. Дверь легонько захлопнулась.

Друзья пожали друг другу руки и хотели было уехать, как послышался за спинами хрипловатый голос именинника. Они развернулись, вглядываясь в усталое лицо авторитета.

–Сокол, Костя! Вы это, приглядите за ней.
А то после того, что было, психика не у каждого выдержит, - выкинул истлевший окурок и подошел к ним вплотную Дед.

–Мы не можем иначе. Эта девушка - наша подруга. Знаем её уже много лет, - встретился с ним взглядом Сокол.

– Молодцы! А ты, Костик, смотри: мои люди в течение нескольких дней должны найти сбежавшего Джавду. Ты обязан присутствовать на церемонии раскороновывания, - хмыкнул. - Дим, ну тебя не приглашаю. Ты не Вор в законе. Уж не обессудь. Как раз с Ольгой побудешь.

–Понял. Сообщи место и время, — протянул ладонь.

Дед кивнул и пожал руку сначала
Вершинину, затем Соколову. Развернулся и удалился обратно в коттедж.
Универсамовские старшие разъехались.

Костя с Васильевой подъехали к многоэтажной гостинице. Бандит глянул на девушку через зеркало заднего вида. Глаза прикрыты, тени от темных ресниц падали на впавшие щечки с резкими скулами. Лицо бледное. Лишь пухлые розовые губы придавали ей цвета.

—Эх, дорогая, - вздохнул, заглушая мотор и выходя из машины. –Натерпелась ты конечно...

Он открыл дверь и аккуратно, чтобы не разбудить, подхватил под колени и поясницу. Она, казалась, ничего и не весила. Была словно пушинка. Её голова прислонилась к его плечу. Бедром он захлопнул дверь и понес внутрь.

Уже будучи в номере отеля, Вершинин достал из кармана пачку сигарет. Прошел мимо подруги, бросив взгляд, довольно улыбнулся и вышел на балкон. Прохладный весенний воздух обдал лицо. Прислонился к стене и вынул сигарету. Прикурил. Глаза устремились на желтоватые Московские огоньки.

Забавна штука, все таки жизнь.

18 мая 1987 года

Тяжело ли жить с огромным чувством вины? Безусловно. Тяжело ли видеть умершую любовь в живом человеке? Абсолютно. Тяжело ли было насиловать ни в чем невиновную девушку? Нет. В моменте приходов от наркотиков, Джавда сам не понимал, что творит. Видел лишь лицо Нюры и понимал, что она всегда будет лишь его.

Уже потом стало ясно, что мужчине все это не приснилось и он действительно перепутал Нюру с милой. Оправдания ему нет. Ведь из раза в раз он наступал на одни и те же грабли.

Завтад чувствовал вину. В первые осознал, что находится на дне гораздо глубже, чем считал до этого. Он стал обращать на любые мелочи больше внимания. Больше не подходил к милой, лишний раз не касался. Старался лишь жалкими букетами цветов отделаться, искупить свою вину, хотя знал, что нет ему прощения. Потом этот чертов день рождение Деда и его глупая ревность.

Совершив глупый поступок, мужчина как последний трус убежал. Джавда стал чувствовать пристальные взгляды за своей спиной. Чуйка подсказывала, что его местонахождение давно раскрыли и теперь смерть с косой ходит за ним по пятам. Потому решил он навестить ту, которая осталась в его сердце и памяти навечно. Время поджимало. Пора выполнить последнее дело на этой земле.

Взяв какие-то оставшиеся сбережения, Завтад завел свою первую, совсем уже старую машину, дабы остаться незамеченным и слиться с обычными людьми. Мужчина держал свой путь в Липецк, откуда сам родом был.Ночной город встречал Джавду с распростертыми руками,даря мужчине ностальгию по тяжелым, но счастливым дням с Нюрой.

Неосвещенное кладбище нормальные люди всегда обходили стороной, мало ли, дебоширов встретят. Береженого бог бережет. Только Джавда давно в него не верит, ведь какая вера тому, кто совсем юных и невинных из жизни забирает? Нет его. Вот и весь ответ.

Мужчина достает пачку сигарет из своего кармана, собираясь закурить, но почему-то не мог. Дошел до могилки её и ноги сами к земле приросли, будто бы покойница забрать к себе его хочет, а Завтад был бы дураком, если не подастся этому искушению.

Лебедева Анна Николаевна
05.07.1950 - 20.05.1965

Не слышно голоса родного,
Не видно добрых, милых глаз.
Зачем судьба была жестока? —
Так рано ты ушла от нас...

Джавда смотрел на надгробие, где расписными буквами выведены её инициалы и не верил, что впервые за долгое время пришел в это место. За могилой давно никто не ухаживает, родители Нюрки скончались лет десять назад, а бабушка с дедушкой ещё раньше. Только Завтад в живых остался, тот, которого она любила, а он её не навещал. Подлец.

Совсем невинное личико смотрело на него с надгробия и мужчина вновь тот мальчишка со двора, что полевые цветы ей каждый день приносит. А потом на поле вместе бегали, на сеновале ночью лежали да на звезды смотрели. Чуть позже, когда оба подросли, на этом же месте, под этим ночным небом, любовью занимались. Дарили нежные поцелуи, хихикали, а с утра пораньше, когда родители ещё не проснулись и солнце над небом не поднялось, домой бежали, чтоб вопросов не было.

О будущем думали, свадьбу сыграть хотели, да деток наделать. Он на заводе, она дома пироги печет. Вот оно семейное счастье в советском союзе!

Только вот счастье не случилось. И с тех пор вся его жизнь превратилась в ад. Его бухающий отец, что так безжалостно девчонку износиловал и вечно рыдающая мать, которая в скором времени тоже на покой слегла, давили на ещё не сформировавшуюся психику юного мальчишки сильнее, чем казалось на самом деле.

Сплетни по домам пошли, всеобщее осуждение словил не только его отец, но и он сам. А потом все по наклонной пошло. Бросил спорт, ушел из школы, кушать было нечего и воровать стал, от злости своей собственного отца убил, в тюрьму сел, там блатным стал. Пока за решеткой был, письмо от добрых соседей пришло, что батька его повесился. Отсидел, связи приобрел.
Навестил отца, мамку и Нюрку, каждому по две гвоздики принес и больше там не появлялся.

Топил горе на дне бутылки. Противился, что сам себе отца напоминает, но клялся, что ни одну девушку на планете не изнасилует, иначе сам себе пулю в лоб пустит. В Липецке находится было невозможно. Воспоминания душили Завтада и решил он от туда уехать, бросить родительский дом, хозяйство, могилку Нюры и отца с мамкой, да в Казань отправится.

Авторитета набирался, решил с двумя сокамерниками группировку создать. Сказано-сделано. Кражи, убийства, адреналин в крови и ментовские машины, что каждый раз за ним гнались. На что мужчина лихорадочно смеялся, пересчитывая свои честно краденые купюры.  Группировку назвали Тяп-Ляп, и через пару месяцев стала она одна из самых больших в Казани. Помнил Джавда как лично Костю в супера посвещал, потом и его дружочек Вовка пришился. Говорили «Надоело чушпанами ходить, с пацанами хотим.»

Авторитет конечно на это лишь усмехался, а после посвящения по плечу двух новобранцев похлопал. А сам в своем гараже сидел и думал, на кой черт всем этим детям так бандитами хочется стать, да от мусаров убегать? Со своим опытом понимает, если бы не Нюрка, в жизни не впутался в сети криминала.

Через время понял Джавда, что Костя хорошо со своими обязанностями справляется, да своей правой рукой парня сделал. Пока Антип со Скрябой у виска крутили и спрашивали на кой черт ему пацан этот сдался. А Завтад и сам не знал, родное что-то в нем почувствовал, будто сам таким был.

А потом он увидел её. Вылитая Нюра, только волосы у девушки кудрявые, а не прямые были. Ну ничего, с этим можно смирится. Джавда взгляд к ровной спине приковал, пока девушка спокойным шагом шла по дороге. Не став больше ждать, мужчина хотел было подбежать, да расспросами ее завалить, только вот быстро передумал, ведь та уже в объятиях парня утопала и в щеку целовала.

Старшой увидел знакомый силуэт и понял, Костя уже сорвал этот аленький цветочек. С тех пор Джавда с ума сходил, бился в агонии и непонимании. А сердце так хотелось вновь любовь ощутить.

–Ну здравствуй, Аннушка. - Завтад подошел ближе к могиле, упал на колени, вымазывая дорогую одежду, и лбом прислоняется к холодному надгробию. –Прости, что без цветов. Прости, что долго не навещал. Прости, что бросил. Прости..

И теперь, у могилы на коленях стоял не авторитет и вор в законе, не насильник и убийца, а просто человек со своей нелегкой судьбой, глупыми ошибками и раной в сердце.

Я самый настоящий грешник, что не знает о морали ничего. Во мне нет ничего святого. Я стал похожим на отца, связался с криминалом. За мной следят, пытаются убить. Раньше бы я боролся, но больше не могу. Я совершил много ошибок. Не по понятиям жил. Есть закон выше, чем пацанский. Человеческий. А я как последняя гнида судьбы рушил и продолжаю так делать.

Представляешь?

Девушку одну десять лет назад увидел, копия тебя. Хорошенькая. Только вот любит совсем другого, а я смирится не смог и жизнь её избраннику испортил. На себе женится заставил, но ведь любви не прикажешь, правда?

Он как из тюрьмы вышел, нашел ее и она каждый месяц к нему бежала, думала я не знаю. А я знал. Письма его к ней читал и задушить себя хотел, ведь любовь у них такая простая. Как у нас с тобой когда-то.

Ещё и Адидас со своим планом, на наркоту меня подсадил. Ненавижу его за это, но благодарен, ведь наконец-то весь твой образ перед глазами смог увидеть.

Я узнал, что беременна она от него и что-то во мне изменилось, сам не знаю. Помню лишь ее крик и слезы. Я, как отец, понимаешь? Изнасиловал её, убил ребенка в утробе и сломал ей жизнь. Она теперь грязная из-за меня. Из-за меня!

Каждый день молюсь богу, в которого не верю, что бы об этом никто не узнал, иначе смерть её ждет. А я не готов. Не хочу еще и ее в последний путь провожать. Пусть лучше меня убьют. Хотя, скоро так и будет.

Пару дней назад я с ней был на одном мероприятии, по другому никак. Правила такие. А там её любовь была, так во мне опять злость поднялась. Я тебя в ней увидел и поддавшись эмоциям, опять ошибся.

Выстрелил ему в спину на глазах у всех. Вот так просто. Я убийца, Аннушка. Самый отвратительный и жалкий человек. И нет мне прощения.

Я сбежал, но недалеко, знаю что бессмысленно. Знаю, что найдут. Убьют меня скоро. Смерть моя близко. Но знаешь, я почему-то этому рад, милая.

Хочу тебя на том свете обнять. Наивно, правда? Я же знаю, что после смерти ничего нет. И возможно, я тебя никогда не увижу. Но знай, я тебя никогда не забуду.

Даже если и есть что-то на подобии Рая и Ада, дорога мне только в кипящий котел. А тебе нет. Ты в раю оставайся.

Последний раз так с тобой разговариваю. Последний раз на этой земле нахожусь. Прощай, Аннушка.

20 мая 1987 год.

Костя Вершинин, которого в универсаме тоже Кощеям кликали, усмехнулся и открыл дверь нежданному гостю.

— Здравствуй, Молот. Какими судьбами?
Как нашел меня? - показал жестом проходить внутрь квартиры.

Мужчина кивнул и вошел.

— Здравствуй, Коща, - пожали друг другу руки. — Оля в больнице адрес сказала. Вот приехал.
Дед нашел Джавду. Собирайся. Поедем приговор выносить.

–Понял. Пять минут.

Ровно через указанное время два Вора спустились вниз и сели в волгу. Они ехали по ночной Москве за город. Фонари отбрасывали тени на пустынные улицы.
Лишь на дороге иногда встречались машины.
Бандиты остановились перед небольшим мостом, где уже стояла парочка автомобилей. Запорожцы, москвичи, волги.

И все, как одна, черного цвета. Вышли из машины и не спеша пошли по кустам к костру, вокруг которого столпились блатные.

–Ну вот ты и попался, Завтад. - сказал какой-то здоровый бугай с коротенькой рыжей бородой.

–Рыжий, ты че, я ж тебя не трогал. - Джавду принудительно опускают на колени. Его руки связаны за спиной, дорогие черные брюки вымазаны в грязи, а душа почему-то трепетала от счастья.

Завтад, я тут. Совсем одна. Приди ко мне, любимый. Я жду.

Слова, сказанные нежным голосом Нюрки били в голове огромным молотком. Сердце под ребрами стучится ещё быстрее, будто вот вот выпрыгнет. Зрачки расширенны. Джавда знал, что умрет. Не доживет до 40. А после долгой разлуки с его настоящей милой, стереть себя с лица земли хотелось до ломоты в костях. Только вот руки на себя наложить не мог. Потому ждал расправы за все свои грешки.

Неужели спустя столько лет, он снова увидит её? Джавда был предвкушен.

–Меня нет, но ты видимо забыл одно единственное правило.

Не трогай ближнего своего.
Не убивай того, кто в одной лодке с тобой плывет.

Любимый, зачем же ты злом на зло отвечал?

Хороший вопрос, ответ на который он и сам не знал. Привык работать по системе. Смерть Нюры в нем что-то надломила. А его отец, что так безжалостно молодую девчонку изнасиловал, стал мишенью всей ненависти влюбленного с разбитым сердцем парня.

Обреченно вздохнув, Джавда понимает, что жизни его остались считанные секунды. И не было уже ни страха, ни печали, ни боли. Он чувствовал приближение своей смерти и долгожданную встречу с Нюркой. Она наверное там его уже заждалась.

Дед положил руку на плечо Универсамовского старшого, привлекая его внимание. Парень повернул голову. Взгляд скользнул к темному револьверу, протянутому специально для него. Мужчина наклонился к уху и прошептал:

— Этот ублюдок покалечил жизнь многим.
В частности твоим друзьям. Ольга и Костя будут благодарны, если именно ты избавишься от него.

Вершинин безмолвно кивнул и взял в руку оружие. Костя шагнул вперёд. Направил дуло в лоб бывшего старшого Тяп-Ляповских.

- За брата и подругу. Смерть для тебя станет роскошью, - процедил сквозь зубы.

Милая, я рядом, я тут. Подожди немного, осталось совсем чуть-чуть.

Выстрел. Звон в ушах. Смерть. Мертвое тело падает лицом в грязь, а душа наконец-то получает освобождение. Мужчины, стоявшие в небольшом кругу, спокойно выдохнули. Конечно, было неприятно изгонять своих людей, но таковы правила. Если б они каждого за предательство жалели, был бы у них в криминальном мире полнейший хаус.

Дед махнул своей бандитско свите, как бы давая понять, что мертвое тело по хорошему чем то накрыть нужно. Бандиты нашли в багажнике черной машины, на которой сюда приехали, какую-то старую простынь и накрыли ей мужчину. Внутри Кости что-то болезненно сжалось. Второй раз он убил человека.Пусть даже и был он мразью. Всё равно. Не думал, что станет испытывать такие липкие, неприятные ощущения.

–С посвящением. Дарю тебе этот ствол,Кощейка, - похлопал по плечу авторитет. — Пусть напоминает о том, как избавил две души от страданий.

–Спасибо,- пожал руку и засунул под пояс брюк револьвер. Попрощался со всеми и вместе с Молотом уехал в Москву.

–Теперь его б, все-таки по человечески по хранить нужно. - сказал Дед, доставая пачку сигарет из своего кармана.

–Так он же предатель!-возмутился ещё совсем юный светловолосый парнишка, что совсем недавно в паутину преступного мира попал. Теперь предстоит всем тонкостям учится.

–Ну-ну, чего такой грубый,Санька? Все мы люди грешные под Богом ходим, потому и похороны человечными должны быть. - разъяснял авторитет юноше.

–Милая, ты все также прекрасна. - сказал Джавда, смотря в такие родные карие глаза, что отдавали ему свою любовь. Не холодные с ненавистью, как у Оли, а чувственные и искренние. Те, которые он видел во снах и в приходах от наркотиков, те, что любил больше жизни. В этот момент он по-настоящему был счастлив.

Нюра мило улыбается, совсем невинно. На щеках появляется тот живой румянец, что будоражит его сердце.

–А ты вырос, но улыбка все та же.

Брюнетка медленными шагами подходит к Завтаду. Обвивает нежными руками его шею и, наконец, целует. Нежно. Трепетно. Ласково. И только тогда мужчина обретает покой.

Он больше не спортсмен, не вор в законе, не убийца, не насильник. Не грубый и подлый Джавда, а просто Завтад, что любил в жизни лишь один раз.

Теперь он встретился с ней. С Нюрой. Его первая и последняя любовь.

17 июля 1987 год

Вот и наступил день рождение Оли, теперь ей 26 лет. Все девушки в ее возрасте счастливые мамы и любимые жены, но Васильева сможет похвастаться лишь огромными проблемами в своей жизни, которые её не отпускают.

Встав с мягкой кровати, Васильева подошла к окну, рассматривая зеленый парк и счастливых детей, что с утра по раньше бегают во дворе. Хотелось бы и девушке оказаться в том времени, когда можно было беззаботно качаться на качелях и играть в песочнице. Но время так скоротечно.

Накинув легкий халатик на плечи, Оленька пошла на кухню заваривать кофе и размышлять о жизни. Сегодня её день рождения, день, когда родители дарили ей подарки, а она счастливая из открывала и бежала гулять с друзьями.

Сегодня совсем не такой случай. Родители уехали из этого злополучного города сразу после того, как узнали о коме Кости. Теперь они живут в доме Светланы Викторовны, что пока в неведении о несчастном случае своего сына.

Оля приняла из решение спокойно, ведь понимает, пожилым людям лучше в деревне, где спокойно, нежели тут, где каждый день может стать последним.

Поэтому сегодняшний день девушка планировала провести в гордом одиночестве. Убраться, почитать книжку, вечером купить вино и торт и укутаться в объятия грусти.

Громкий дверной звон разбил тишину в квартире брюнетки. Нахмурив брови, Оля встала и усталыми шагами направилась в прихожую. Не посмотрев в глазок, она открыла входную дверь и встала в ступор.

На пороге стояли Алена с Вадимом, Дима и Вершинин.

–С днем рождения, Василёк!-Универсамовский авторитет вручил букет лилий имениннице. –И че стоим? Кого ждем? Встречай гостей, хозяюшка. - Костя первым переступает порог чужой квартиры, снимает  обувь и уверенными шагами направляется на кухню.

Сокол закатил глаза, проходя вслед за другом. –Он не исправим, прими это. Подарив девушке букет белых роз, и тихо сказав: « С твоим днем, подруга!». Дима дал проход двум влюбленным. Те тоже подарили букет и коробку шоколада и разместились на кухне.

Оля, все ещё прибывая в шоковом состоянии, нашла три вазы и разместив туда букеты, решила все-таки выяснить, почему они тут.

–На нас не смотри, мне с Вадимом Дима сказал. - блондинка подняла руки вверх в знак капитуляции, сразу выкладывая все карты на стол.

Теперь хмурый взгляд был направлен на Соколова, что закатывал глаза. –Все вопросы к Косте, это он попросил.

Обреченно вздохнув, Оля повернулась уже к Вершинину, что по хозяйски пил её утренний кофе, будто для него она все утро старалась.

–Я жду объяснений. - Васильева нагло забрала почти допитую кружку утреннего кофе из рук мужчины.

–Да расслабься ты, хозяюшка. - Вершинин поднялся с деревянной табуретки, подошел к Оле и теплые ладони положил ей на плечи. –Зуб даю, что все нормально будет.

Васильева отнекивалась до последнего, пока не силой не усадили за стол и не дали выпить. Оля наконец-то расслабилась, плыла по течению и слушала смешные истории близких людей. 

Такие разговоры продолжались до самого вечера. Захмелевшие гости стояли в пороге, прощаясь с именинницей. Алена, Вадим, Дима, все по очереди обняли подругу и выходили из квартиры. Последним был Вершинин. Мужчина не спеша обулся, оглядел себя в зеркало и под хихиканье девушки, наконец-то повернулся к ней.

–Ну что, Олька, с праздником тебя ещё раз. Счастья, здоровья.. - пьяный Костя вновь стал толкать тост с поздравлением. Оля не сдержалась и в голос засмеялась, подходя к нему ближе.

–Всё-всё-всё, или давай домой. - Васильева открывала входную дверь, когда мужчина уже завершил свое поздравление. В ответ на сказанные девушкой слова, он закатил глаза и показательно цокнул.

–Вот так ты с другом, да? Прогоняешь уже. Все понятно с тобой. - и развернулся, направляясь к выходу.

–Да стой ты,- Оля схватила мужчину за запястье, останавливая его. Костя развернулся и нахально улыбнулся, выставляя щербинку меж зубов.

Девушка быстро убежала на кухню что-то взяв со стола. Вернулась она также быстро, кладя ключи от машины в мужскую ладонь.

–Всё, иди.

Костя глянул сначала на ключи, потом на Олю. Сделав какие-то выводы у себя в голове, вершинин медленно подошел к имениннице.

–Кость..-Васильева непонимающе выдохнула его имя и попятилась назад.

Мужчина улыбнулся, заправил выбившийся локон кудрявых волос за ухо и шепотом произнес: –Всё будет хорошо, Олька.

Девушка не ожидала такого жеста со стороны друга и в порыве эмоций крепко обняла Костю.

–Спасибо.

Универсамовский авторитет почувствовал на своем плече влагу и сразу все понял. Крепко обнял подругу, успокаивающе гладя её по голове. И в этот момент на душе стало спокойно. Надоедливые мысли больше не лезли в голову, дыхание стало ровным. И не было больше ни криминального мира, ни проблем, ни усталости.

В первые за год Оля уснула спокойно. Ей не снились кошмары, кровь, смерть. Была лишь красивая природа, полевые цветы и счастье с любимым человеком.

Вот так закончился 26 день рождения Васильевой Ольги Николаевны.

16 октября 1987 год.

Универсамовский авторитет устало открыл глаза, уткнувшись в белый потолок. Наступил тот день, который он ненавидит уже очень давно. День рождение. Проклятый для него день. Смерть матери, пропажа девушки. Что дальше?

Вершинин встал с кровати, нацепил майку и спортивные штаны, пошел в ванну. Он стоял перед зеркалом и оглядывал свое уставшее лицо. Синяки под глазами, взъерошенные волосы и легка щетина.

Мужчина включил поток холодной водой, набрал её в руки и облил свое лицо, полностью пробуждаясь от сна. Выходя из ванной комнаты, Костя пошел на кухню, заваривать кофе. Резкий стук в дверь и авторитет разливает кипяток по столу.

-Блять.

Вершинин раздробленности встал со стула и быстрым шагом пошел в прихожую давать пиздюлей нежданному гостю, что испортил его идиллию. Распахнув входную дверь, от злости и раздражительности не осталось и следа. На пороге стояла Оля, держа в руках маленький комочек шерсти, что пискляво мяукал.

–Это че? - махнул головой в сторону зверька.

Оля протиснулась в квартиру друга, опускаясь на корточки, чтобы выпустить из объятий серого котенка. Закрыв двери, Вершинин недоверчиво покатился на Васильеву, ожидая пока та объяснит какого черта здесь происходит.

Как только пушистый друг неуверенными шагами пошел изучать местность, девушка встала. Поправила свое черное пальто и кудрявые волосы.

–Во-первых, с днем рождения! - девушка крепко обняла друга, затем наклонилась к замочку сапог, чтобы их снять. –Во-вторых, это мой тебе подарок. - Оля махнула головой в сторону котенка, что вынюхивал стену прихожей. –Ну и в-третьих, я хотела позвать ещё Диму с ребятами, но одни слишком заняты. А другой опять уехал.

Оля повесила свое пальто на крючок и быстро побежала за котенком, что жалобно мяукал, прося еды. Вершинин закатил глаза, сжал губы в тонкую линию, держа язык за замком, чтобы не сказать чего-нибудь обидного.

Васильева уже знала про трагичную историю его дня рождения, тогда она искренне сочувствовала его судьбе, было бы глупо считать, что в этот день она оставит его на едине с собой. Это при том условии, что он тоже не позволил ей скучать на своем празднике.

«Сердобольная ты наша» - про себя подумал авторитет, наливая воду в чайник.

–Это животное здесь жить не будет! - так, между прочим, выкрикнул Костя девушке, которая находилась в другой комнате. Через пару минут послышались медленные шаги. Вершинин уже догадывался, что задумала его подруга. Обернувшись на звук мяуканья, мужчина увидел крайне смешную картину.

Маленький серенький котенок грелся в объятиях Оли, а та со слезами в глазах смотрела на друга. –Тебе не понравилось, да?

Вершинин закатил глаза, выдохнул и повелся на провокацию брюнетки. –Понравилось. Все отлично.

–То есть он будет здесь жить? - будто бы специально, комочек шерсти замяукал громче, как бы говоря, что если мужчина выкинет того на улицу, то его совесть замучает.

С досадой в голосе, Костя все таки соглашается и Оля победно улыбается, отдавая котенка в мужские руки.

Уже вечером, когда котенок, которого к слову говоря, назвали Серым, мирно спал на кровати универсамовского авторитета, двое друзей смотрели какой-то фильм по телевизору, перекидываюсь мимолетными фразами.

На экране появилась блондинка с голубыми глазами, что так напомнила мужчине Николь. И тот в порыве досады, схватил пульт и одним нажатием кнопки выключил телевизор.

–Все нормально? - тихо спрашивает Оля, подсаживаясь к другу ближе.

Костя глянул на Васильеву и та в долю секунды все поняла. Положила руки на шею друга и крепко обняла. Ей не нужны было слова и объяснения. Она понимала, чувствовала его боль. Ведь сама через такое проходила. Каждый день навещала своего Кощея, следила за показателями его состояния, гладила его холодную ладонь и молилась, чтобы тот поскорее вышел из комы.

Костя благодарно кивнул, прикрывая глаза. Злость, досада, обида потихоньку отступали. Забавно получилось, ведь пару месяцев назад все было наоборот. Это она плакалась ему в плечо, а он успокаивал. Теперь и ее объятия для мужчины стали отдушиной.

–Мне предложили работать в нашей больнице. - тихо произносит Оля, когда замечает, что друг успокоился. Костя заинтересованно посмотрел на Васильеву, ожидая продолжения. –И я согласилась.

Авторитет улыбнулся и друзья снова обнялись: –Молодец. Горжусь тобой.

Именно эти слова так ждала брюнетка. За последнее время, она и Костя сильно сблизились, поддерживали друг друга, проходя всю боль вместе. Он оплачивал место Кощеева в больнице, помогал справляться с проблемами, со страхами и ужасом пережитого опыта. А она отвечала ему тем же.

Эти двое были всегда вместе, когда так нужно понимание и поддержка.

3 ноября 1987 год.

На казанских улицах выпал первый снег. Первый мороз, первый лед на дорогах и счастливый вопль детей, что катались на санках с сугробов.

Васильева Ольга медленным шагом направлялась домой, в уютное теплое место. Настроение было гораздо лучше, чем в обычные дни, потому что сегодня Кощей впервые за все время дернул пальцем. Он шевельнулся! Оля видела собственными глазами и радости не было предела. Между перерывами, когда появлялась хоть свободная минутка отдыха, девушка бежала в 328 палату, где лежал её Костя. Самый родной человек.

А сегодня он шевельнулся, давая надежду любящему сердцу.

Заворачивая за угол, женский слух улавливает чей-то сдавленный стон боли. Оглядевшись вокруг, Оля заметила, что в месте сборов Универсама стояли три мужские фигуры, одна из которых выглядела максимально болезненно, держась за правое плечо. Чуть приглядевшись, Васильева ужаснулась. Раненым оказался Вершинин, которого под руку вели двое мужчин.

Брюнетка, на каблуках подбежала к другу, оперативно разглядывая масштаб трагедии.

–О, Олюня, а ты чего тут? -слишком беззаботно произнес авторитет, будто у него в руке не было раны, скорее всего от пули.

–Да вот шла домой, никого не трогала. Думала кого же сегодня спасать стоит.

Вершинин хохотнул и резко пожалел. Боль в плече усилилась. Тогда девушка достала из сумки платок, которым обвязала мужское плечо.

Авторитет с благодарностью посмотрел на подругу, но понимал, что простым платком он не отделается. Потому дошли до его квартиры уже в сопровождении девушки. Будучи в квартире, Вершинин отпустил своих людей и болезненно упал на диван. Уже подросший Серый подбежал к хозяину. Кот ластился к мужчине, так же как и его подруга, сильно переживая. На что Костя лишь погладил пушистого и вырубился.

Проснулся уже от того, что Оля бережно перевязывала ему руку и убирала медицинские инструменты, что тщательно вымыты, в аптечку.

–Спасибо, Олюня. - единственно, что он успел сказать, прежде чем погрузиться в глубокий сон.

Оля укрыла друга одеялом и пошла на кухню кошеварить, понимая, что от вопросов Вершинин не отделается. От начала и до конца расскажет какого черта в него стреляли.

Уже вечером, когда суп готовый стоял на плите, а серый кот лежал на коленях спящей девушки. Вершинин медленно встал с дивана. Оглядел обстановку. В животе раздался голодный рев и мужчина отправился на запах вкусной еды. Поел, вымыл посуду и вернулся в комнату, где устало на кресле спала Оля.

Прогнав кота с её коленей, авторитет взял на руки женское тело. Плечо по прежнему рыло, но мужчина не обращал на это внимание. Аккуратно положил её на диван, укрыл одеялом, выключил свет и хотел было уйти в другую комнату, но остановился.

Глянул на кудрявую макушку, задержал взгляд на её лице, улыбнулся каким-то своим мыслям и прикрыв дверь, пошел спать в другую комнату.

1 января 1988 год

Оля держит уже третий бокал вина за сегодняшний вечер. Впервые за последнее время хотелось просто забыться. Девушка устала от проблем, от надоедливых мыслей, от головной боли и тяжести в своем сердце. Потому сейчас, в новогоднюю ночь, Васильева хотела добавить красок в свою жизнь. Рядом друзья, приятная музыка и хорошие напитки. Чего ещё нужно для счастья?

За круглым столом сидели все близкие, кто-то чуть меньше, кто-то чуть больше. Молот покуривал сигарету, обнимая какую-то однодневную блондинку. Помнил ли он её имя? Навряд ли. Но округлые формы и пухлые губы говорили сами за себя.  Сокол сидел с рюмкой водки, когда к нему подходит какая-то брюнетка, что страстно целует того в губы. Сначала Дима хотел было отстранится, но одиночество и чувство вины съедало его изнутри, от того хотелось хоть на короткий срок забыться в другой. Через пару минут его и страстную брюнетку уже никто не видел.

Вадим с Аленой не расставались ни на секунду. Сидели с краю дивана и наслаждались друг другом, даря нежные поцелуи. Оля улыбалась, смотря на их такую нежную и ощутимую любовь. И пусть эта голубоглазая блондинка была женой её Кощея, зла не держала. Наоборот, за последние месяцы девушка получила от Алены столько поддержки, сколько ей не снилось, ведь подружек у нее никогда толком и не было. Не считая Ники, которая сейчас где-то в Воронеже.

Рядом с кудрявой Олей сел Вершинин, запрокинув руку на мягкую спинку дивана.

–Ну что ты, Олька, скучаешь? - от мужчины несло перегаром и каким-то явно дорогими мужскими духами. В глазах плясал озорной огонек, кажется Костя тоже решил забыться в этот вечер.  

–Сколько ты уже выпил? - усмехнулась Васильева,допивая вино. Мужчина достал из под стола новую бутылку красного вина, открыл и подлил девушке. – Ты и меня споить хочешь?

На эти вопросы Вершинин не ответил. Смотрел Оле в глаза, такие темные, карие. Вспомнил как штопала его от пули, как поддерживали друг друга часто. Нашли что-то общее, сблизились за последние месяца, не давая друг другу утонуть в яме проблем.

И почему-то от этих мыслей сердце в грудной клетке стучало быстрее, раскачивая кровь по венам. Мужчина почувствовал, как мимолетная искра пробежала по его телу, заставляя возбуждаться. Бугорок в штанах стал заметно выпирать, потому Костя решил не испытывать судьбу и взял в руки гитару , что все это время покоилась у коричневого лакового шкафа. На это Васильева лишь хмыкнула, подняла бровь вверх, пытаясь понять, что только что произошло и от чего такая странная реакция.

Как только Вершинин заиграл простую мелодию, бремча по струнам, к столу подтянулись все заскучавшие гости, даже Дима, с помятой одеждой и его временная спутница пришли на знакомую мелодию.

Луч солнца золотого
Туч скрыла пелена.
И между нами снова
Вдруг выросла стена.

Мужчина пел своим грубым, чуть хмельным голосом всем давно известную песню. Рукава черной рубашки, что так прочеркивала его мускулатуру,были аккуратно закатаны по локоть, обнажая блатные наколки, на которых взгляд Оли и остановился.

Через пару минут уже все подхватили ритм песни и подпевали Универсамовскому авторитету. Васильева не стала исключением. Поставила своей недопитый бокал на стол, что ломился от еды, скинула с себя такие неудобные черные лаковые туфли и сев в удобную позу, положила голову на спинку дивана. Оля подпевала, получая из такой душевной атмосферы все, чего так не хватало.

Ночь пройдет, наступит утро ясное,
Знаю, счастье нас с тобой ждет.
Ночь пройдет, пройдет пора ненастная,
Солнце взойдет!
Солнце взойдет!

В какой-то момент, Костя голову в сторону Васильевой повернул,сам не понимал почему, но именно сейчас поцеловать подругу захотел. Нельзя.

Та улыбалась, не замечая как кудрявые волосы скрыли половину женского лица. Универсамовский авторитет отложил гитару, заканчивая мелодию. Противоречивые чувства появились в душе мужчины. Запутался. В жизни, в происходящем, в себе. А она сидит, спокойная, расслабленная. Такой Оленьку он ещё не видел.

Тряхнув головой, Вершинин нашел пачку сигарет на столе и незаметно скрылся на балконе, наблюдая за ночной Казанью. Простоял он там долго, не замечая, как зимний холод окутал все его тело, заставляя потряхиваться. Сигареты сменялись другими, пока совсем не закончились.

Петь птицы перестали,
Свет звезд коснулся крыш.
В час грусти и печали
Ты голос мой услышь.

Мужчина думал о многом. О жизни, которая незаметно перевернулась с ног на голову. О себе, ведь тюрьма его поменяла. О Васильевой, что совершенно точно забыла что такое спокойствие и счастье. Она была похожа на него. Родственная душа. Сестра по несчастью. И за последние пол года Костя соврет, если скажет что они не сблизились.

Сколько раз выручали друг друга, дарили утешительные объятия. Наверное именно это сподвигло его сегодня увидеть в ней не просто подругу. Хотя здравый смысл был молотком по голове.

Нельзя! Не положено! Есть Ника!

Ника. Этот светлый огонек в его темной душе. Как же он по ней скучал, как хотел прижать к себе и зацеловать до смерти. Именно так Костя всегда о ней думал. Но после сегодняшних мыслей перед ней он будет испытывать стыд. Стыдно признать,ведь кроме нее ни о ком не думал. А сегодня вдруг «бац» и Оля стала ещё краше.

Но ведь Ника далеко, может уже и не его давно. Кощеев в коме. А Оля тут, рядом. Такая же как он. Несчастная. С болью в сердце и неизлечимыми ранами на душе.

Будто бы маленький чертенок сидел у мужчины на плече, заставляя того посмотреть на ситуацию под другим углом. Вершинин отмахивался от искушения. Закрывал глаза, представляя Нику, её светлые волосы, голубые глаза. Нежные поцелуи. Секунда. Две. И цвет волос из светло русых перетекает в темно коричневый. Длинные кудри, карие глаза и страстные поцелуи. Почему-то именно такие должны быть у него с ней.

Твоя мать!

–Иди на хуй, Васильева! - чуть громче, чем следовало произнес Вершинин. Именно в тот момент у входа на балкон стояла Оля, сложив руки на груди.

Пару минут назад она с девочками убирала продукты в холодильник, затем выпроводила гостей. И не досчитавшись Кости, решила найти пропажу. Как оказалось, тот стоял на балконе, выкуривая хер пойми какую сигарету и совсем не замечая происходящего вокруг.

Девушка в изумлении подняла одну бровь верх и издала звук кашля, дабы оповестить его о своем присутствии. Костя измучено прикрыл глаза. Ну конечно она была тут и все слышала, как иначе? И кинув тлеющую сигарету в окно, повернулся к Оле.

–И куда я там должна пойти? - глаза пылали злостью и негодованием. Зачем и почему он её куда-то посылал? Оля ведь даже пальцем его не тронула и ничего плохого не сделала, а к ней такое отвратительное отношение.

–Ты предъявы при себе оставь, не с мальчишкой разговариваешь. - конечно мужчина не собирался оправдываться и тем более говорить о том, чего хочет его грязная фантазия.

И спокойной походкой Вершинин вышел из холодного балкона, собираясь поставить чайник на плиту и хоть немного согреться. Оля опешила от такой наглости, и если раньше она сдерживала свою обоснованную ярость, то сейчас не собирается.

–Ты не ахуел ли, мальчик? - вся магия новогодней ночи исчезла, оставляя обиды и злость.

Костя кинул на нее мимолетный взгляд , подмечая как глаза искрятся от злости, а пальцы на руках сжимаются в кулаки. Сам себе усмехнувшись, мужчина и не заметил, как из рта полились гадкие замечания.

–Ты че такая заведенная, блять? Не давал никто давно? - колкий вопрос Кости сильно задело девушку. Почему он так сказал? Знает же, что натерпелась горя. И теперь одного единственного из комы ждет.

–Тебя это не касается, урод. Совсем с ума сошел без своей Ники, да? - Оля отплатила ему той же монетой и с чувством выполненного долго развернулась, собираясь уйти.

Жесткая мужская рука схватила женское запястье, силой разворачивая Васильеву. Пару секунд у нее в глазах появились картинки из прошлой жизни, где Джавда так же делал, но быстро их прогнав, Оля громко закричала.

–Отпусти меня. Придурок!

–Дура!

–Дебил!

–Истеричка!

Двое друзей какое-то время внимательно смотрят друг другу в глаза, кипя от злости. А потом все происходит будто в другой реальности. Костя первый поддается к девушке, страстно целуя её розовые губы. Оля отвечает тем же, не успевая набирать достаточного количества кислорода в легкие.

Мужские руки с блатными наколками поползли к талии подруги, а тонкие руки Васильевой обхватили его шею. Страсть. Буря. Безумие.

Нельзя! Не правильно..

Здравый смысл потихоньку отступал, давая проход рвущимся наружу эмоциям. Вершинин целовал с чувством, с эмоциями. Именно так, как не хватало Оле. Мужчина прикусывал и оттягивал нижнюю губу, одна рука сжимала задницу, вторая поползла к женской шее, поглаживая нежную кожу.

Универсамовский авторитет медленными шагами подталкивал Олю к стене, чтобы наконец-то найти устойчивую опору. Костя отстранился, затуманенным взглядом прошелся по миниатюрной фигуре подруги. Она лихорадочно дышала, пыталась успокоить свое колотящееся сердце.

Что только что произошло?

Только Оля хотела заговорить, как почувствовала прохладную стену свой щекой. Вершинин развернул её, взял женские руки и завел за спину, пахом прижимаясь к округлым формам. Тихий стон вырвался из рта Оли. Девушка сама не поняла как так произошло.

Костя прикрыл глаза от наслаждения. Затем медленно наклонил свою голову к женскому уху, обдавая чувствительную зону дыханием. Мурашки забегали по всему телу Васильевой, инстинктивно она стала тереться о его пах, сгорая от нетерпения.

–Блять. - тихо прошептал он ей, сдерживая свой стон. – В спальню, быстро.

Он подхватил её на руки и кое-как добравшись до спальни, Костя бережно кладет девушку на мягкий матрас. Не в силах больше терпеть, пьяный мужчина скинул с себя черную рубашку и брюки, оголяя торс и блатные наколки. Похожие Оля видела на теле своего Косте, только вот сейчас перед ней другой мужчина, а она по собственно воле к нему тянется.

Мысли путались, голова болела, и чтобы больше не мучать себя размышлениями, Васильева игривым взглядом пробегается по мужской фигуре. Встает на колени и подползает к нему. Вершинин завороженно наблюдает за действиями подруги, что уже совсем близко к его телу. Тонким пальчикам она проводит линию от живота к паху, не разрывая зрительный контакт с карими глазами. Совсем не такими, как у её Кости.

У того они были болотно-зеленые, что всегда с любовью смотрели лишь на нее. А сейчас она ..

Вершинин не выдержал провокации и резким рывком прислонился к её губам. Не разрывая поцелуй, Васильева расстегивала замок на платье, до которого так тяжело добраться. Костя заботливо остановил её жалкие попытки и расстегнул вечернее черное платье сам.

Поцелуи переходили от губ к шее, а затем к ключицам. Девушка выгибалась в спине, тянулась к горячему мужскому телу, оставляя на его спине красные полосы от ногтей. Избавившись от одежды, Оля была полностью ногая перед цепким взглядом Универсамовского авторитета.

Он почему-то медлил, рассматривал женское тело, подмечая детали. Васильева больше не могла терпеть и её рука сжала возбужденный член сквозь ткань трусов, вытащила его наружу и изучающими движениями водила указательным пальцем по выступающим венкам. Костя громко выдохнул наконец посмотрев ей прямо в глаза.

–Оля..- простонав её имя, Костя одной рукой сжал женскую грудь, второй шею и снова её целовал, пока та водила рукой вверх-вниз, доставляя удовольствие.

Резко остановившись, девушка перевернула Костю на спину, оседлав его бедра. Вершинин хмыкнул от такой наглости, но позволили ей руководить процессом. Пока что.

Медленно насаживаясь на его член, девушка опрокинула голову вверх, царапая ногтями мужскую грудь. Девушка двигалась медленно, привыкая к длине, тихо постанывая. Не выдержал больше мучений, Вершинин перевернул девушку на спину, оказываясь сверху.

Взяв женские запястья в свою ладонь и положив их над кудрявой головой, мужчина рывком входит в женское лоно, издавая стон наслаждения.

Оля извивалась под ним, закатывала глаза, получала те эмоции, которые ей так давно не хватало. Сердце бешено стучало, адреналин в крови поднялся. Мужчина наклоняется к женскому лицу, пока та приоткрывает рот. Второй рукой Вершинин схватился за её шею, чуть сжимая её. А затем врывается в губы, наращивая темп.

Поменяв позу, Оля прижималась спиной к мужчине, пока его руки сжимали грудь.кудрявая голова лежала на плече друга, пока тот страстно придирался пахом к её заднице.

–Костя.., - Оля сгорала от нетерпения, – Пожалуйста.

Вершинин сильно сжал женскую грудь, наклонил свою голову к ее шее, оставляя влажные следы от поцелуем. Только после ее просьбы он снова резко в нее вошел. Стоны Оля больше не сдерживала, доводя тем самым до пика не только себя но и мужчину. Потные и уставшие они плюхнулись на кровать, укрываясь одеялом.

Ясное зимнее утро, пробивалось сквозь шторы. Солнечные лучи играли на лице девушки и мужчины, заставляя их проснутся. Первым приоткрыл глаза Вершинин, почувствовав, как женская нога лежит чуть ниже его торса, а женская рука  на груди. Приподняв голову, он понял, что рука сильно затекла, ведь была под головой Оли.

Только через пару секунд к нему вернулась память и осознание, что произошло ночью.
Вот так прошел новый, тысяча девятьсот восемьдесят восьмой год для Кости Вершинина и Ольги Васильевой.

Ночь пройдет, наступит утро ясное,
Знаю, счастье нас с тобой ждет.
Ночь пройдет, пройдет пора ненастная,
Солнце взойдет!
Солнце взойдет!

1 июля 1988год.

Молодой парень шел размеренным шагом меж могил, выискивая нужную. В руке тлеющая сигаретка, в другой две гвоздики.

Теплое летнее солнце слепило ему в глаза. Щебетание птиц радовали слух голубоглазого мужчины.. Облака белыми волокнами плавали по небу, в какой-то момент перекрывая солнечные лучи. На казанском кладбище было тихо, по особенному спокойно . Здесь покоились люди, наконец-то избавившись от страданий и мучений.

Одним из таких людей был Джавда. Сколько он страдал. Глушил свою боль в алкоголе , преступности, а позже, как выяснилось, и в наркотиках. Из-за него пострадало много судеб, а те, будучи растоптанными, ломали других. Таков был круговорот боли в мире. За это он и поплатился. Слишком много ошибок совершил за свою короткую жизнь.

Найдя нужный надгробный камень, где красивыми буквами выгравированы инициалы, мужчина присел на тонкий забор.

Хантимиров Завтад Файзрахманович
12.12.1950-20.05.1987

Господи, упокой душу раба Твоего, Завтада, во царствии Твоем.

А фотография на надгробие была,пожалуй, почти единственной в его никчемной жизни. Темные короткие волосы, небольшая щетина и пронзительные серые глаза. Мужчина сидел на стуле, смотрел в объектив камеры и улыбался. Это фото было сделано в далеком 1984 году, когда Васильева получила в подарок тот самый фотоаппарат «Зенит» и пыталась запечатлеть такой редкий момент, когда Джавда был счастливым.

–Ну и как оно? В земле холодной, как?- едко ухмыльнувшись сказал Адидас, кладя две красные гвоздики на могилку. –Меня слушать надо было, блять.