Глава 7. Неожиданные последствия

Томас стоял у окна, его взгляд блуждал по пустому саду, но мысли были где-то далеко.В нём было столько ярости, столько раздражения — и всё это было направлено на самого себя, но он не знал, как это выразить. Он не знал, как справиться с тем, что происходило в его голове и в его сердце. Это словно огромный ураган, на который ты ничего не можешь предпринять, ты не можешь взять и силой остановить его.

Ньют, в свою очередь, заметил, что атмосфера в комнате изменилась. Всё то напряжение, которое они пытались держать между собой, словно испарилось. На несколько секунд они оба молчали, каждый пытаясь собрать свои мысли.

— Ты ведь не станешь рассказывать об этом родителям? — наконец спросил Томас, его голос звучал почти шёпотом.

Ньют покачал головой, не поднимая взгляда. Он уже закончил с перевязкой и чувствовал, как его тело всё ещё наполняется этим странным чувством беспокойства. Это чувство, когда ты не знаешь, что будет дальше, но не можешь отвести взгляд. Что-то изменилось, и это изменило их отношения.

— Нет, — ответил Ньют, собравшись с силами. — Я не собираюсь тратить своё время на разговоры с людьми, которые не понимают, что происходит на самом деле.

Томас молча кивнул. Он по-прежнему стоял у окна, но теперь его взгляд был направлен не на улицу, а на Ньюта, как будто пытаясь разгадать его. Как будто что-то в этом парне было таким чуждым, но одновременно притягательным. И Ньют, несмотря на свою суровость и холодность, продолжал быть для Томаса чем-то, чего он не мог понять, но что привлекало его ещё больше.

— Ты не такой, как все, — сказал Томас, не отводя глаз от Ньюта. — Все остальные дворецкие одинаковые. Ты… ты вообще не такой.

Ньют, удивлённый этой откровенностью, поднял голову и посмотрел на Томаса. В его словах не было того привычного презрения, с которым он обычно относился к нему.

— Так ты просто хочешь сказать, что я странный? — ответил Ньют, пытаясь скрыть в голосе сарказм, хотя сам не мог точно понять, что думает по поводу слов Томаса.

Томас молча подошёл к нему, его шаги были тихими, почти неслышными, но в воздухе чувствовалась тяжесть. Он остановился прямо перед ним, и Ньют заметил, как его лицо  становилось всё ближе и ближе.

— Ты не странный, — прошептал Томас. — Ты действительно, что-то большее

Ньют открыл рот, собираясь ответить, но не смог. Слова застряли в горле. Он чувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, как его дыхание становится чуть более тяжёлым. Это было настолько неожиданно, что он не знал, как реагировать. Всё его тело будто замерло в этом моменте.

— Я не понимаю, — сказал Томас, его голос был тихим, но полным какого-то внутреннего отчаяния. — Я не понимаю, почему ты так мне не нравишься, но в то же время…

Он замолчал, не зная, как продолжить.

Ньют сделал шаг назад, его рука инстинктивно потянулась к затылку, пытаясь скрыть все те эмоции, которые начали вырываться наружу. Он не мог позволить себе поддаться этому. Томас был для него врагом, тем, кого он должен был ненавидеть, тем, кто всегда заставлял его чувствовать себя ничем.

Но теперь… теперь было что-то другое.

— Ты не должен был этого говорить, — сказал Ньют, пытаясь держать голос холодным. — Ты даже не понимаешь,  о чём говоришь.

Томас ничего не ответил. Он просто стоял перед ним, глядя в глаза, и в его взгляде был какой-то вопрос. Как будто он ожидал от Ньюта ответа, которого тот не мог дать. Ответа, на который не было простого решения.

— Ты не прав, — сказал Ньют, отводя взгляд, но его сердце всё ещё билось быстрее. — Ты ничего не понимаешь.

В комнате стало так тихо, что Ньют мог услышать даже собственное дыхание. Томас молчал, но его молчание было не пустым. Оно было полным чего-то скрытого, чего-то, что они оба ещё не могли понять.

Ночь была тёмной и тишиной, только слабое свечение уличных фонарей пробивалось в окна особняка. Весь дом, казалось, спал, но Ньют не мог уснуть. Он стоял у окна своей комнаты, пристально глядя на огоньки вдалеке, но не видел ничего. В голове была полная путаница — мысли путались, сливались в хаосе, и каждая из них была связана с Томасом.

Он чувствовал, что заходит в тупик. Его жизнь в этом особняке уже давно перестала быть нормальной, а его чувства к Томасу только усугубляли ситуацию. Он не мог быть рядом с ним. Не мог позволить себе быть так уязвимым, так открытым, потому что это привело бы к беде. Он не мог любить сына своего работодателя. Это было бы слишком сложно, слишком опасно. И в какой-то момент Ньют понял, что нужно уходить.

Он тихо покинул свою комнату, избегая встреч с другими слугами. Ньют не хотел привлекать к себе внимание. Он не мог позволить себе объяснить, почему уходит. Не мог рассказать всем, что, несмотря на его холодность, он уже не был тем человеком, каким был раньше. Не мог дать себе шанс влюбиться в Томаса. Это был слишком опасный путь.

Томас проснулся позже, чем обычно. Он сразу заметил, что что-то не так. В доме было необычно тихо. Ньют не был на месте. И это тревожило его. Он поспешил к комнате Ньюта, надеясь, что тот просто задержался. Но когда он открыл дверь, то увидел пустое место — пустую постель, пустую комнату. Всё было убрано, а его вещи исчезли.
Сердце Томаса сжалось. Где он? Почему нет никаких признаков, что Ньют просто вышел? Он резко развернулся и побежал вниз.

— Ты что-то знаешь? — спросил Томас, подойдя к одному из слуг, который стоял в коридоре. Слуга нервно посмотрел на него.

— Я не видел его, сэр, — сказал он с обеспокоенным выражением лица. — Он не говорил о том, что уходит…

Томас резко развернулся и побежал в главный холл, где уже начинали собираться его родители.

— Где Ньют? — спросил он их, не скрывая волнения в голосе.

Его отец взглянул на него с удивлением.

— Ты не знаешь? Он уехал сегодня ночью. Мы не ожидали, но он оставил свои вещи и покинул особняк. Он сказал, что больше не может продолжать работать здесь.

Томас почувствовал, как внутри него что-то ломается. Он не мог в это поверить. Ньют ушёл. Ушёл из-за него.

— Почему? — спросил он, почти крича. — Почему он ушёл?

Его мать нахмурилась, явно не понимая всей ситуации.

— Он сказал, что больше не может работать в доме, и все, что мы можем сделать, это отпустить его, — ответила она, пытаясь сохранить спокойствие.

Томас не мог вытерпеть это. Его внутренний мир рушился, словно весь особняк вокруг него падал в пропасть. Он не знал, что делать. Его отношения с Ньютом никогда не были простыми, но этот уход… Это было больше, чем просто увольнение. Это было как будто Ньют сделал шаг, чтобы уйти от него.