91/92/93/94/95

Том 2 / Глава 29. // 91

"Ты предпочитаешь умереть, чем расстаться? Как ты смеешь это говорить? Тебе сколько лет, что ты видел? В чем смысл твоего нынешнего порыва? В лучшем случае, это немного более продвинуто, чем игра в дом... Разве это не детская игра?»

Дверь внезапно распахнулась, и моя мать произнесла длинную гневную речь у двери. Бянь Жошуй и я рефлекторно отпустили ее, и моя мать посмотрела на нас красными глазами и дрожащими руками.

«Тётя...» — осторожно позвал Бянь Жошуй.

Моя мать взглянула на него, затем подавила свой гнев и спокойно сказала ему: «Жошуй, тетя хочет поговорить с Тяньлу наедине, можешь ты немного подождать снаружи?»

«Нет!» Я схватил Бянь Жошуйя, притянул его к себе и сказал: «Этот вопрос касается нас обоих. Если хочешь послушать, давай послушаем вместе».

Видя, что гнев моей матери снова поднимается моя мать снова сердится, Бянь Жошуй старался успокоить меня. «Все в порядке, тётя хочет поговорить с тобой наедине, потому что это ваше семейное дело, и мне это все-таки неудобно».

После этого Бянь Жошуй снова сжал мою руку и твердо сказал: «Я не уйду, пока ты меня не отпустишь».

Услышав его слова, я немного расслабился. Моя мать посмотрела на Бянь Жошуйя, давая ему знак уйти первым. Бянь Жошуй снова посмотрел на меня и вышел, не сказав ни слова. От начала до конца в глазах моей матери не было злобы по отношению к Бянь Жошуйя, но и любви тоже не было. Думая о сцене, когда моя мать намеренно баловала Бянь Жошуй передо мной, это действительно казалось таким далеким.

«Мама...» — прошептал я.

Мама села недалеко от меня, налила стакан воды, отпила глоток и сказала: «Не называй меня мамой, у меня нет такого сына, как ты».

Я замолчал, и мне не хотелось говорить. Я знал, что моя мать не будет слушать ничего из того, что я скажу. Моя мать долго смотрела на меня, затем начала говорить, её тон был намного мягче.