Глава 15. Музей, картина и доказательства.
Динозавров Дин Динович, Лавр и Вася втроем находились в кабинете у начальника особого отдела Громова и спорили. Ругались обе стороны конструктивно и по делу, но ходом переговоров они не были довольны. Публикация о крупнейшей финансовой афере с предметами искусства вызвала настоящую панику у всех участвующих. Анна Павловна сбежала первым же рейсом, а Вознесенский потерялся при пересадке в Стамбуле. Других же менее расторопных лиц успели задержать.
Правоохранителями была проведена оперативная проверка всех документов на картину Рембрандта «Блудный сын в поле» и они подтвердили их фиктивность. Сделка купли-продажи прошла с нарушением закона. При содействии налоговой службы в отношении компании «Дом искусства Анны Шереметьевы» началась налоговая проверка, которая сразу вскрыла факты мошенничества. Впрочем, в деле по-прежнему оставались белые пятна. Они были связаны с виновностью директора музея. По-прежнему не был найден акт приёмки картины, а его отсутствие затрудняло расследование. Вернее, пока вину можно было доказать только в отношении продавца, а покупатель, скорее всего, просто заблуждался.
Динозавров был уверен, что все факты сходятся, и ФСБ обязана провести обыск в кабинете директора Пушкинского музея, который окончательно всё и вскроет. У них были практически неопровержимые факты, которые доказывались бы непосредственной выемкой картины. Но Громов считал, что это только гипотеза и оснований для выемки или обыска у них нет. Возможно, он полагал, что директор сам сделает всё, что им нужно, из-за страха быть пойманным. Против такого психологического подхода выступал Вася.
Лавр, внимательно слушавший рассуждения Васи, был поражен его выдержкой и решимостью идти до конца. Что же он чувствовал? Решимость, такую же, как у Васи, о какой апатии может идти речь, если на кону стоит целая жизнь – его дедушки, родителей, друзей и его самого. Если расследование не будет окончено, то ещё не известно, какие последствия ждут их всех. Не надо бояться, надо идти до конца, и не позволять страху обездвиживать вас. Кажется, он просто научился перебарывать свою тревожность.
- Я всё понимаю, - говорил Громов, - но мне по-прежнему не хватает доказательств подложности картины.
- Да, как так-то?! – возмущался Вася.
- Вот так, - сказал Громов с усталостью, - у вас есть гипотеза, хорошо, отлично, предоставьте факты, и будет вам обыск или что хотите. Проводить обыск в одном из крупнейших музеев страны и мира – это весьма серьёзно. Такое не пройдёт незамеченным.