Глава 35

Ян Чэнчуань сказал ещё пару слов каждому из братьев, а затем махнул рукой, отпустив их. Тан Цзюньхэ вышел следом за Ян Сюанем и, едва они переступили порог, потянул его за руку. Ян Сюань обернулся и бросил на него короткий взгляд. Тан Цзюньхэ, поняв намёк, благоразумно разжал пальцы.

— Где ты был все эти дни? — набравшись храбрости, спросил он.

Ян Сюань сделал пару шагов вперёд и лениво, словно делая одолжение, бросил:

— Хочешь знать?

Тан Цзюньхэ с жадной надеждой посмотрел на него и кивнул:

— Угу.

— А я не хочу рассказывать, — вяло протянул Ян Сюань, после чего толкнул дверь и скрылся в своей комнате.

Попытка завязать разговор с треском провалилась. Взгляд Тан Цзюньхэ тут же потух, и юноша удрученно побрёл к себе. Спустя некоторое время к нему вошла Тан Сяонянь. Подойдя, она легонько ткнула сына в голову и спросила:

— Чего застыл?

— Ничего, — очнулся от мыслей Тан Цзюньхэ.

— Что там говорил Ян Чэнчуань? — Тан Сяонянь присела на край кровати. — Я слышала краем уха что-то про заграницу. Он хочет отправить туда Ян Сюаня?

— Наверное, — без особого интереса ответил Тан Цзюньхэ. — Ещё он сказал, что и меня может отправить.

Тан Сяонянь, округлив свои миндалевидные глаза, тут же запротестовала:

— Ещё чего! У нас с оценками всё хорошо, нам это не нужно. Так далеко, да и небезопасно там, ты же видел новости: то взрывы, то перестрелки... Я тебе так скажу: в Китае безопаснее всего!

— Я и не собирался, — пробурчал Тан Цзюньхэ.

— Даже думать не смей, — отрезала Тан Сяонянь. — Ты же ничего не умеешь, за границей просто с голоду помрёшь!

— Да не собираюсь я никуда. — Тан Цзюньхэ не хотел продолжать эту тему. Он открыл ящик стола, достал шоколад, который в прошлый раз выменял у Ин Хуэй, отломил кусочек и протянул матери: — Мам, попробуй.

Едва взглянув на изысканную упаковку, Тан Сяонянь почуяла запах денег. Она не спешила есть, вертя сладость в руках:

— Что это?

Тан Цзюньхэ развернул обёртку и отправил кусочек себе в рот:

— Шоколад.

— Вижу, что шоколад! — Тан Сяонянь снова вспомнила свои недавние подозрения насчет ранней влюблённости сына и недовольно спросила: — Кто дал?

— Сам куп... — начал было Тан Цзюньхэ, но тут же осёкся и поправился: — Ян Сюань дал.

— С чего бы это? — подозрительно прищурилась Тан Сяонянь.

— Не знаю. — Тан Цзюньхэ опустил голову и принялся складывать из фантика крошечный самолётик. — Он хорошо ко мне относится.

Тан Сяонянь фыркнула, отправила шоколад в рот и безапелляционно вынесла вердикт этому странному событию: