Глава 41
Спустя десять лет снова спать рядом с Ян Сюанем было совсем не так, как в детстве. Тогда, стоило выключить свет, Ян Сюань начинал рассказывать страшилки, до дрожи пугая Тан Цзюньхэ. Тот обнимал брата руками и ногами, словно коала. Даже когда Ян Сюань шёл в туалет, Тан Цзюньхэ плёлся следом, вцепившись в его пижаму, и стоял рядом, слушая звук струящейся воды. А если сейчас повиснуть на Ян Сюане, как в детстве, он скинет? Тан Цзюньхэ немного поразмыслил и, решив обнаглеть, спросил:
— Брат, расскажешь мне страшилку?
Ян Сюань лежал с закрытыми глазами и не отвечал, его дыхание было ровным, словно он уже уснул. Не получив ответа, Тан Цзюньхэ не расстроился. Он повернул голову к Ян Сюаню, открыл глаза и, пользуясь темнотой, принялся бесцеремонно разглядывать профиль брата. Он считал, что его брат невероятно красив: он был красив в детстве, и красив сейчас, красив, когда злится, и красив, когда спокоен. Взглядом очерчивая плавную, словно течение воды, линию от лба до подбородка, он снова и снова рисовал этот образ в своём воображении, невольно задаваясь вопросом: выглядит ли его профиль так же? Ведь многие говорили, что они чем-то похожи. А вот чем именно — никто сказать не мог. Но, как бы там ни было, Тан Цзюньхэ радовался этому сходству, ведь оно служило напоминанием: их кровное родство — то, что невозможно изменить, как ни старайся.
Пока Тан Цзюньхэ лежал с открытыми глазами, погружённый в эти мысли, Ян Сюань внезапно подал голос, произнеся лишь одно слово:
— Спи.
Пойманный с поличным, Тан Цзюньхэ поспешно зажмурился. Он помнил, что несколько минут назад Ян Сюань велел ему слушаться. Теперь ему велели спать, и он послушно закрыл глаза.
Спина болела, лежать на ней было неудобно, поэтому Тан Цзюньхэ повернулся на бок, лицом к Ян Сюаню. Он держал брата за руку, но его мозг проявлял аномальную активность, и мысли невольно скакали с одного на другое. Вслед за этим он вспомнил свой недавний сон — тот самый, в который проник Ян Сюань. Почему ему приснилось подобное? Неужели у него действительно возникло сексуальное влечение к Ян Сюаню? Он не удержался и, приоткрыв глаза, снова уставился на брата.
На сей раз он сам крепко зажмурился, не дожидаясь замечания Ян Сюаня. Он обнаружил, что, стоило допустить эту мысль, как сцены из сна нахлынули с сокрушительной силой, не давая сосредоточиться ни на чём другом. Голова наполнилась картинками, явно не предназначенными для детей.