Глава 45
«Ба-бах!» — что-то ударилось о дверь, издав тяжёлый глухой звук, а затем раздалось звонкое «дзынь!»: предмет упал на пол и, судя по звуку, разбился.
— Мам! Мама! — восьмилетний Ян Сюань сжимал кулаки и изо всех сил, удар за ударом, колотил в дверь своей комнаты. — Мама, открой!
Но никто не пришёл, чтобы ему открыть. Ответом был лишь громкий звон разбившейся вазы.
— Ян Чэнчуань, куда ты спрятал заявление о разводе?! Не думай, что я не знаю, какие интриги вы там плетёте... — Ян Сюань слышал истеричные рыдания и крики матери за дверью. Он в панике прильнул к дверной щели, боясь, что мама сделает что-то с собой. Но щель была слишком узкой, он ничего не видел. Ему оставалось лишь в беспокойстве колотить руками в дверь. Он стучал пока не опухла рука. Только тогда он в бессилии осел на пол, молча слушая, как снаружи бушует буря из бьющихся вещей.
Стоило тому дьяволу захватить тело матери, как его запирали в собственной комнате. Он мог только слушать звуки, доносившиеся снаружи, не в силах ничего сделать.
— Сяо Сюань, сяо Сюань... — спустя какое-то время послышался голос матери. Сквозь массивную деревянную дверь он звучал мягко и нежно. Приступ яростного безумия закончился, дьявол покинул её тело, и она снова стала нежной и благовоспитанной, как обычно.
Ян Сюань шмыгнул носом, вытер рукой слёзы с лица, затем, опираясь ладонями о пол, поднялся. Он потянулся к ручке, повернул её и распахнул дверь.
— Мама... — Он изо всех сил старался сделать вид, что ничего не произошло, но, открыв дверь, застыл на месте. Его мать сидела посреди хаоса из осколков фарфора. Её руки были испещрены порезами, спиной она опиралась на диван, а пустой взгляд был устремлён на дверь.
— Мам... — Ян Сюань бросился к ней, лихорадочно осматривая её испещрённые ранами руки. Они сочились пугающе яркой, красной кровью. В панике он схватил салфетки со стола и, присев на корточки, начал стирать капли крови с её рук. Она, казалось, не чувствовала боли и молчала, не издавая ни звука. Ян Сюань поднял голову и осторожно потряс её за плечо:
— Мама, тебе больно?
Её глаза оставались пустыми, в них не было ни капли жизни. Сердце Ян Сюаня подскочило к горлу, его захлестнул чудовищный ужас. Он протянул руку — кончики пальцев неудержимо дрожали, — пытаясь поднести её к носу матери. Чем ближе он подносил руку, тем сильнее она тряслась. Не успев коснуться, он в страхе отдёрнул руку и в отчаянии зарыдал:
— Мама!