Несколько лет спустя

   - Ник, ты сейчас где? Ты скоро будешь дома? Как долго тебя ждать? – тараторил в трубку Эрик.

   - Эрик, ты что, уже вернулся домой? А почему мне сразу не позвонил? Я бы встретил бы тебя в аэропорте. Уже выхожу с работы. Скоро буду. Целую. – так же быстро ответил Чёрный и выбежал на улицу под проливной дождь.

   Спустя 30 минут Курильщик услышал тихий, но довольно звонкий лязг ключей, которыми в спешке пытались попасть в замочную скважину и открыть наконец это чёртову дверь. Он спокойно вышел в коридор, намереваясь встретить своего парня.

   - Эрик, ты ходишь! – первое что произнес Чёрный, увидев юношу, показавшегося из-за угла – Тебя вылечили! Стоп, а почему у тебя так кофта выпячивает? Я конечно понимаю, что там тебя кормили в разы лучше, чем когда мы обитали в Доме, но не настолько же.

   Курильщик аккуратно высвободился от его объятий и, погладив кофту в области живота, произнес.

   - Спасибо, что назвал жирным. Но ты немного ошибся. Мы оба тебя ждали. Малыш уже соскучился по тебе, хотя вы и не знакомы. С тех пор, как он появился, я много рассказывал ему о тебе... – его губы расплылись в хитрой улыбке в то время, когда Чёрный тупо стоял и ничего не понимал. – Ой, да не бойся ты так. Просто теперь в этом доме будут жить трое.

   Сразу после этого Циммерман расстегнул молнию, и на Чёрного выпрыгнул маленький щеночек бультерьера. Он был почти весь беленький, только под глазом, на хвостике и немного на боках были черные пятнышки.

   - Эрик… Это …

   - Да, теперь это наш с тобой малыш. Можешь называть его как хочешь. С прошедшим днём рождения. Прости, что был далеко от тебя в такой важный день.

   - У меня нет слов. Спасибо огромное. – только и смог выдавить из себя Ник.

   Они весь вечер обсуждали то время, что Курильщик провел за границей. Он больше года находился в дорогой, но качественной клинике где-то на юге. Врачи пытались восстановить чувствительность ног юноши. Хотя они так долго не могли увидеться из-за строгих правил посещения больных этого центра, зато сейчас оба радовались, что Эрик мог ходить. Это было тяжело назвать полноценной уверенной ходьбой, но с каждым разом у него получалось все лучше и лучше. И с каждым новым шагом, ноги все больше привыкали к нагрузкам.

   С тех пор Эрик почти везде пытался быть вместе с Ником и не отставать от него при быстрых походах куда-нибудь. А маленький бультерьер ни на шаг не отходил от своих «родителей», все время крутясь у них под ногами.