Эпилог
Лаборатория не спала никогда.
Здесь, под многотонной толщей бетона и стали, похоронившей саму мысль о солнечном свете, время измерялось лишь ровным гулом серверных стоек и холодным мерцанием мониторов. В этой стерильной бездне ежесекундно совершались миллиарды расчетов — математический каркас нового мира, который должен был родиться взамен старого.
Женщина стояла у панорамного стекла наблюдательного центра, сцепив пальцы в замок за спиной. Безупречная осанка, ни одной лишней детали. Там, внизу, десятки ученых суетились над приборами, словно ничего не произошло.
Хотя на самом деле разрушилось всё.
Ария исчезла почти год назад. Эван сбежал вместе с ней, оставив после себя лишь шлейф взломанных протоколов. Вац погиб.
В голове у нее по кругу крутились кадры того проклятого побега.
Секунды, изменившие траекторию будущего. Она смотрела без эмоций. По крайней мере, так казалось окружающим.
— Процент прямых потерь проекта составил восемьдесят процентов, — осторожно, едва дыша, доложил из-за спины помощник.
— Восстановим, — её голос прозвучал как удар скальпеля о предметное стекло.
— Но ресурсы...
— Я сказала: восстановим. Продолжайте исследования.
Мужчина поспешно отступил и скрылся за гермодверью. Едва щелкнул магнитный замок, женщина позволила себе закрыть глаза. Натянутая струна внутри нее на мгновение ослабла.
Тринадцать...
Столько лет кропотливого труда. Столько надежд, вшитых в чужую ДНК. Она ведь видела в этой девочке не монстра. Не идеальное оружие и уж точно не просто инкубатор для клеток. Она видела в ней шанс. Шанс искупить грехи человечества, забрать у природы власть над болезнями, голодом, старением и смертью.
Но девчонка... Оказалась слишком человечной. Слишком уязвимой для таких глупостей, как жалость и привязанность. Слишком слабой.
Женщина медленно подошла к столу, коснувшись пальцами старой, едва заметно потрепанной фотографии. С глянцевой бумаги улыбалась восьмилетняя девочка с темными растрепанными волосами. Ее родная дочь. Та, что сбежала от нее целую вечность назад, не выдержав тяжести материнских амбиций.
Она не прикасалась к этому снимку много лет. Но и выбросить не смогла. Самая логичная, самая расчетливая женщина на планете хранила свой главный изъян в ящике стола.
— Ты тоже меня не поняла... — едва слышно прошептала она темноте.