5 глава

Пятнадцать лет прошло с того дня, когда они стояли в подвале, в крови, и целовались среди смерти. Пятнадцать лет, пятнадцать зим, пятнадцать раз, когда Россия позволяла себе быть счастливой.

Она стала мягче. Не для всех - только для него. Только для Америки.

Они встречались тайно, насколько это было возможно. Она - императрица, он - молодое, растущее государство. Их союз был странным для многих, но они не обращали внимания.

Милые моменты были повсюду.

Однажды зимой они гуляли по Санкт-Петербургу. Снег падал крупными хлопьями, укрывая улицы белым одеялом. Америка шёл рядом с ней, сжимая её руку в своей.

- Ты замёрзла? - спросил он, замечая, как она дрожит.

- Я никогда не мёрзну, - ответила Россия с улыбкой. - Я сама зима.

- Тогда почему ты дрожишь?

- Потому что ты смотришь на меня так, что даже зима становится теплее, - сказала она.

Америка остановился. Он повернулся к ней и поцеловал её. Медленно, нежно, прямо под падающим снегом. Прохожие оборачивались, но им было всё равно. Они были только вдвоём.

Другой раз они сидели на крыше её дворца. Ночь была тёплой, звёзды мерцали над ними. Америка обнимал её за плечи, прижимая к себе.

- Расскажи мне о своём прошлом, - попросил он. - Ты никогда не говоришь о нём.

Россия помолчала.

- Оно слишком тёмное, - сказала она тихо. - Ты не захочешь знать.

- Я хочу знать всё о тебе, - ответил он. - Даже тёмное. Особенно тёмное.

Она посмотрела на него. В её глазах была боль.

- Я убивала. Много. Я убивала тех, кто не нравился мне. Я пытала. Я сжигала города. Я теряла своих детей, и сходила с ума от этого. Я делала ужасные вещи, Америка. И я не жалею о них. Это делает меня монстром.

Америка притянул её ближе и поцеловал в висок.

- Ты не монстр, - сказал он. - Ты - выжившая. Ты делала то, что должна была. И ты всё равно осталась доброй - ко мне. К твоим детям. К тем, кто тебе дорог.

Россия закрыла глаза. Впервые за сотни лет она позволила себе поверить, что кто-то любит её не из страха, а по-настоящему.

Однажды на балу какая-то южная красавица подошла к Америке слишком близко. Она положила руку ему на плечо, наклонилась к уху и что-то прошептала. Америка, конечно, сразу отстранился, но Россия видела это. И в её груди вспыхнула холодная ярость.

Она подошла к ним, взяла Америку за руку и тихо сказала, сверля девушку взглядом:

- Мне кажется, ты что-то перепутала. Он занят.

Девушка побледнела и быстро ретировалась. А Россия повернулась к Америке и улыбнулась - той самой холодной улыбкой, от которой у многих мурашки бежали по коже.