2 глава

Прошло пятьдесят лет. Пятьдесят зим, пятьдесят весен, пятьдесят раз, когда снег таял и обнажал землю, пропитанную кровью. Россия изменилась. Теперь у неё были города - союзники, верные, но не близкие. Москва выросла и встала рядом с ней, став её правой рукой, её тенью и её мечом. А Киев ушёл. Давно, ещё когда Москва была маленькой. Он сказал, что слишком много крови, слишком много холода, что он не хочет быть тенью России, что он сам себе господин. Россия не держала его. Она стояла и смотрела, как его фигура тает в снежной пелене, и ни одна слеза не скатилась по её лицу. Только ветер шевелил белые волосы.

- Ты вернёшься, - сказала она тогда тихо. - Все возвращаются.

И закрыла за ним дверь.

Но остались другие. Нижний Новгород - рослый, широкоплечий, с тяжёлым взглядом и руками, которые умели строить и убивать с одинаковой лёгкостью. И Казань - тонкая, гибкая, с тёмными глазами, в которых всегда горел насмешливый огонь. Они звали её мамой. Они знали, что она жестока, что её руки по локоть в крови, что она убивает без колебаний. Но она ни разу не подняла руку на них. Она берегла их, как волчица бережёт щенков - свирепо, до последнего зуба.

А Москва теперь была высокой девушкой с тёмными волосами и острым взглядом, в котором читалась та же сталь, что и у самой России. Она не была уже той маленькой девочкой на телеге. Она стала сильной. Она стояла рядом с матерью, когда та уходила на войну, и она стояла рядом, когда та возвращалась. Москва не спрашивала, почему кровь. Она знала. И принимала. Иногда Россия смотрела на неё и видела себя - молодую, злую, голодную. И это пугало её больше, чем враги.

Сегодня она оставила детей в безопасном месте. В старом доме на окраине леса, где стены помнили её собственное детство. Где пахло смолой и сушёными травами. Где они могли не бояться.

- Не уходи, - сказал Нижний Новгород, когда она накидывала плащ. - Там опасно. Мы чувствуем.

Казань молчала, но её глаза говорили то же самое. Москва стояла у стены, скрестив руки на груди. Её взгляд был тяжёлым.

- Ты идёшь одна, - сказала Москва. - Почему мы не с тобой?

Россия улыбнулась - той улыбкой, которая не касалась глаз.

- Потому что я вернусь. И мне нужно, чтобы вы были здесь. Ждите.

Она ушла.