Глава 5. Тень отца

Сэм не спал этой ночью.

Он лежал на спине, глядя в потолок. Рядом, отвернувшись к стене, тихо дышала Майя — не спала тоже, но делала вид, что спит. Между ними оставалось пространство в двадцать сантиметров, которое казалось шире океана.

Дин спал в гостиной на раскладном диване. Дин — в его доме. Дин — рядом с его женой. Дин — который вот-вот исчезнет навсегда.

И Сэм принял решение.

Он тихо поднялся с кровати, нашарил джинсы, футболку. Обулся уже в коридоре, стараясь не скрипеть половицами. Ключи от машины лежали в кармане куртки — он повесил её у двери ещё вечером, на автомате, как делал тысячу раз.

В прихожей было темно. Сэм уже взялся за ручку, когда услышал:

— Ты идёшь к зеркалу.

Он обернулся.

Дин стоял в проходе из гостиной. Босиком, в одной футболке и старых джинсах, волосы спутаны. Но глаза — живые, острые, как лезвие.

— Откуда ты знаешь про зеркало? — спросил Сэм.

— Кас приходил. Перед ужином. — Дин шагнул вперёд. — Ты не знаешь, что это сделает с тобой.

— Знаю. Забуду тебя. Всю нашу жизнь. Все смерти, все воскрешения, все идиотские споры о том, кто будет сидеть за рулём. — Сэм говорил ровно, словно читал список покупок. — И тогда я перестану ревновать. Перестану чувствовать себя вторым. Смогу просто жить.

— Ты не сможешь просто жить, — Дин шагнул ближе. — Потому что часть тебя, самая важная, исчезнет. Даже если ты не будешь помнить — в душе останется дыра. Ты будешь искать что-то, чего нет. И никогда не найдёшь.

— Может быть, это лучше, чем помнить и страдать? — Сэм повысил голос.

— Тихо, детей разбудишь, — прошипел Дин.

— А может, пусть просыпаются! Пусть знают, какой их отчим эгоист!

— Ты не эгоист, — сказал Дин устало. — Ты просто устал. И запутался. Мы все запутались.

Сэм открыл дверь. Ночной воздух ворвался в прихожую, влажный и холодный.

— Я еду, — сказал он. — Не пытайся меня остановить.

— А я и не буду, — ответил Дин. — Но Кас — будет.

Сэм замер на пороге.

Прямо перед ним, на дорожке, ведущей к калитке, стоял ангел. Почти прозрачный, с расплывающимися краями, но всё ещё узнаваемый — плащ, твёрдый взгляд, решительный подбородок.

— Сэмюэль, — сказал Кас. — Не делай этого.

— Это не твоё дело, — Сэм шагнул к нему. Дверь за его спиной хлопнула.

— Моё. Потому что Дин прав — ты не сможешь просто стереть его. Механизм зеркала не вырезает воспоминания аккуратно. Он вырывает их с мясом. Тебя будет мучить беспричинная тревога, бессонница, чувство потери. Ты станешь тенью себя. И это передастся детям.

Сэм сжал кулаки.

— Ты врёшь.

— Разве я когда-нибудь врал тебе?