Ангел?

Она крепко спала, после прогулки под дождём. Алые цветы смерти расцвели на её кимоно изящной вышивкой.
Она была уверенна, что ей больше не нужно  шептать людям в уши, толкать отчаявшихся за край, ломать души.
Она собиралась жить иначе.
Пыталась доказать самой себе, что даже демон греха самоубийства способен остановиться.
Но зов пришёл вновь.
Комната тонула во мраке — лишь тонкая полоска лунного света лежала на полу у стены. В доме не было ни ветра, ни скрипа дерева. Даже цикады за окном умолкли.
— Помоги...
Тихий. Хриплый. Почти нечеловеческий.
Она медленно села на футоне, сжимая пальцами край одеяла. Сердце билось тяжело, тревожно. Голос звучал не рядом.
Он был внутри.
— Пожалуйста... помоги мне...
Ликорис зажмурилась, будто это могло заставить его исчезнуть. Но вместе с голосом в голову ворвалось чужое чувство — холод, страх... и бесконечное одиночество.
Кто-то хотел умереть.
Нет.
Кто-то уже стоял на грани.
И её сущность чувствовала это так же ясно, как человек чувствует голод.
Ликорис: Нет... — прошептала Ликорис, срываясь на дрожь. — Нет, пожалуйста...
Она пыталась сопротивляться.
Но демоны не выбирают свою природу.
Мир людей растворился перед её глазами, и в следующее мгновение она уже стояла в огромном зале высшего демона.

Один из генералов Ада. Древний, жестокий, практически бессмертный. Существо, пережившее войны, восстания и века крови.
Астарот — демон памяти.
Не самый жестокий. Самый древний.
Он помнит всё.
Буквально всё.
Каждую войну.
Каждого человека, которого когда-либо мучили в Аду.
Каждого ангела, который падал.
Каждый крик. Каждое имя. Каждую смерть.
Высшие демоны забывают ненужное, иначе сходят с ума.
Но Астарот не может забывать вообще.
Он живёт уже настолько долго, что память внутри него превратилась в бесконечное кладбище голосов.
Сейчас он сидел в темноте.
Один.