Михаил...

Прошло несколько дней.
И, к огромному раздражению Ликорис, ей начала нравится жизнь в башне.
Хотя вслух никогда бы этого не признала.
Её комната за это время изменилась почти до неузнаваемости. Огромный шкаф теперь был заполнен платьями — светлыми, тёмными, лёгкими, роскошными, с тонкой вышивкой и драгоценными деталями. На туалетном столике рядом с зеркалом появились шкатулки с украшениями, заколками, кольцами и цепочками, которые явно стоили больше, чем весь её старый домик в Японии.
И самое ужасное...
Ликорис всё это нравилось.
Что она тоже категорически отрицала.
Тронный зал встретил её привычным полумраком и запахом горячего металла.
Люцифер сидел на троне, закинув ногу на ногу, и лениво просматривал документы. Чёрные страницы с золотыми печатями одна за другой исчезали в его руках, пока демоны за дверью, нервно ожидали решений своего короля.
Но Ликорис, как обычно, совершенно портила атмосферу всеобщего ужаса.

Ликорис: И представляешь, — увлечённо рассказывала она, расхаживая по залу, — мне приснилось, что Михаил зачем-то пытался научить меня готовить.
Люцифер поставил подпись на очередном документе.
Люцифер: Уже кошмар.
Ликорис: Нет, подожди, дальше лучше.
Она весело шагала туда-сюда перед троном, сцепив руки за спиной, белое платье мягко колыхалось при каждом движении.
Слишком живая для этого места.
Слишком светлая.
И почему-то именно поэтому идеально вписывалась в него.
Ликорис: Он был в фартуке.
Люцифер наконец медленно поднял взгляд от бумаг.
Люцифер: Михаил?
Ликорис: Да.
Люцифер: В фартуке.
Ликорис: С цветочками.
Уголок губ Люцифера дрогнул.

Люцифер: И что было дальше? — невозмутимо спросил он, снова возвращаясь к документам.
Ликорис довольно улыбнулась, явно радуясь, что он всё-таки слушает.
Ликорис: А потом он начал объяснять мне, как правильно резать овощи, и почему-то постоянно называл меня "дитя моё".
Люцифер: Это уже не сон. Это пытка.
Она тихо рассмеялась.
И снова прошлась по залу, покачиваясь с пятки на носок, как ребёнок, которому скучно стоять на месте.
Ликорис: А потом появился ты.
Люцифер: Соболезную себе.
Ликорис: Ты был ещё хуже.
Люцифер лениво перевернул страницу.
Люцифер: Невозможно.
Ликлрис: Нет, серьёзно. Ты сел на кухонный стол и начал критиковать его суп.
Люцифер: Потому что, вероятно, суп был отвратительным.
Ликорис: Ты даже не попробовал его!
Люцифер: Мне не нужно пробовать еду Михаила, чтобы знать, что она ужасна. Ангелам и демонам вообще не нужна человеческая еда.
Ликорис фыркнула.
А потом вдруг остановилась прямо перед троном.