Шалость удалась.
Прошла неделя.
Родители, кажется, были так рады, что я снова веду себя как нормальный человек - хожу в универ, сплю дома, не пропадаю, - что с лёгкостью отпустили меня к Кате с ночёвкой в середине недели. -Только не шумите слишком сильно
улыбнулась мама, и от её доверия стало немного стыдно за те мысли, что уже вихрились у меня в голове.
У Кати было всегда как в другом, более весёлом измерении. Её родители - милые, чуть рассеянные люди, которые верили в «разумную свободу». После ужина они пожелали нам спокойной ночи и удалились в свою спальню. А мы, как два хищника, почуявшие свободу, остались одни в огромной гостиной с тёплым светом торшера и экраном телевизора, заваленным подушками и одеялами.
Сначала всё было невинно. Мы смотрели какой-то дурацкий романтический сериал, смеялись над глупыми диалогами, ели чипсы прямо из пачки и пили газировку. Но чем глубже за полночь, тем сильнее становилось это щекочущее чувство вседозволенности. Тишина в квартире, спящие взрослые, целый мир, который принадлежит только нам.
- Знаешь, чего не хватает?
Катя вдруг приподнялась на локте, её глаза блестели озорством.
- Настоящего взрослого разврата.
-
Например?
спросила я, уже зная, к чему она клонит.
Она лукаво подмигнула и кивнула в сторону кабинета её отца. Там, за стеклянными дверцами старинного буфета, хранилась его скромная коллекция алкоголя. Для гостей, для особых случаев. Неприкосновенный запас.
- Мы же не будем всё опустошать,
прошептала она, как заговорщик.
- Одна бутылочка. Самую маленькую. Просто... для атмосферы. Чтобы почувствовать себя преступницами
Идея была откровенно глупой, детской и оттого невероятно притягательной. Не из-за алкоголя. Из-за самой игры. Из-за этого тайного, общего «мы против мира». Из-за возможности снова почувствовать тот сладкий укол адреналина, которого так не хватало после всех последних событий.
Мы по-пластунски, сдерживая смех, проползли по тёмному коридору к кабинету. Сердце колотилось absurdly сильно, будто мы собирались ограбить банк. Катя, приложив палец к губам, с торжественным видом открыла буфет. Стекло тихо звякнуло. Она вытащила небольшую изящную бутылочку зелёного ликёра. -Мятный..
прочитала она шёпотом.
Обратный путь в гостиную был триумфальным шествием. Мы заперлись на кухне, нашли два маленьких стопочки, налили по чуть-чуть. Ликёр был сладким, холодным и обжигающим.
- За преступный союз! провозгласила Катя, чокнувшись со мной.
- За то, чтобы нас никогда не поймали!
добавила я, и мы выпили.