Глава о несправедливости

Элина медленно открывает глаза, и видит перед собой лишь размытую картинку мира. Ни кровати, ни стола, ни микросхем брата. Вновь пелена, дурманющая и угрожающая. Девушка трёт глаза, но окружение не становится чётче. Пара тревожных мыслей запихиваются в самый дальний угол сознания. Сдерживая слезы, временно ослепшая, она двигается почти наугад, на ощупь, рассчитывая лишь на свою память. Дотягивается до ручки ванной комнаты - ее ныне излюбленного места. Надавливает всем телом на заедающий механизм. Заваливается в ванную и облакачивается на раковину. Стойкое ощущение дежавю. Она будто бы может предсказать свои будущие действия, но хочет сделать все наоборот.

Просто так надо.

Умывает лицо горячей водой. Поможет ли? Разве можно ослепнуть от горя? Перед ней всплывают полузабытые отрывки из газет. Наверняка и полувыдуманные. Но страх и отчаянье захлестывают ее новой тревожной волной, не позволяя думать трезво. Она не может дышать. Движения медленные и тягучие, будто бы двигается она под толщью воды.

Мурашки. Сотни тысяч мурашек которые заставляют ее ежится не то от холода, не то от дикого, животного страха.

Нехотя, боясь разочароваться открывает глаза... И она видет! Радость, перемешанная с испугом. Но мурашки все ещё покрывют ее тело, оно все ещё дрожит как осиновый лист, а в горле застрявает комок. Ее тошнит от волнения и от того, что сейчас она может хоть чему-то радоваться. Но грустная улыбка все же трогает уголки ее губ.

Ненадолго.

В замке проворачивается ключ.

"Мама пришла... Сколько же я спала?" - проносится в голове у девушки. Руки начинают дрожать, дыхание перехватывает, будто бы ее схватили за горло. Вторая рука страха-преступника сжимает внутренние органы, прижимает их к спине. Хочется блевать.

Усталые шаги и вздохи матери. Сначала один сапог падает на пол, следом другой. И вот, женщина завет дочь и мужа:

- Игорь, Элина! Я дома! Идите посмотрите, что я в магазине нашла!

- Мамуль, папа спит. Пусть полежит ещё часок, - шепчет девушка, тихонько выходя из ванной.

- Да? И долго? Просто в магазин сегодня свинные копытца завезли, хотела холодец что-ли сварганить,- бросает Александра, мельком взглянув на дочь. Но взгляд быстро возвращается, останавливаясь на лице Элины. Вздыхая от удивления женщина продолжает: Ты что, плакала?

Нога дёргается. Ее сводит. Девушка чувствует, как мышцы скручиваются в тугой узел в районе икры. Ногу сжало в тяжелые тиски с тысячью иголок на внутренней стороне. Очередная порция слез подходит к горлу. Но, естественно, не от боли