Глава двадцать семь

Камилла

Уже через два часа меня официально распишут с человеком, которого я бы убила при первой же возможности. Кемаль Йелдырым. Гребаный мафиози, который на деле лишь папенький сынишка, который боится за то, что власть не перейдет ему по наследству. Мерзость.

Все гости ходят вокруг меня, что-то спрашивают, но я, как-будто бы в каком-то тумане. Мне уже не интересно ничего. Я только отсчитываю секунды до того, как я дам подпись на чертовой бумаге. Согласие. Согласие, от которого кидает в жар. Я сама не до конца понимаю, ради чего это всё, но..

Нет, я просто идиотка.

Я уже сомневаюсь в том, что мне нужна эта власть. Я устала.

— Как настроение, женушка? Что-то мордашка у тебя совсем кислая.. Как на похоронах... — Не может воздержаться от комментария Кемаль.

— Я просто планировала после свадьбы стоять на твоих похоронах. Вот, чтобы сразу не переодеваться, как видишь, выбрала подходящую тематику вечера, — ободряюще улыбнулась я.

— Мразь. — Склонился он надо мной, шепнув на ухо оскорбление.

Не знаю, можно ли вообще от такого отродья принять какое-то оскорбление, если не вооруженным взглядом видно, что я в разы лучше него. Нашей паре определенно можно дать название « Красавица и чудовище». Идеально подойдет.

— Хочешь, чтобы между твоих зубов оказалась кровь?

— Это лишь показуха. Ты думаешь, я поверю, что ты что-то из себя представляешь? Завали пасть, Камилла. Не порть мне вечер.

Я злорадно усмехнулась и отвернулась в сторону, где было море. Этот остров неплох, но меня пугает, что он находится так далеко. В случае чего-то ужасного, нас никто не спасет. Зная этот мафиозный мир, в любой момент может произойти перестрелка.

Я вздохнула морской чистый воздух и почувствовала вибрацию телефона в своей сумочке. Думала, что это Мелек или тетушка волнуются о том, как я себя чувствую, но..

Это Рамиль.

Моё сердце резко застучало, и внутри всё сжалось. Я почувствовала, как плохо мне стало. Почему я стою здесь, выхожу замуж за другого, когда в мыслях только он? Всё вокруг вдруг стало тяжёлым, и мне хотелось закрыться от всего. Хочется плакать, кричать, убежать, но я всё ещё на этой свадьбе.

Как же мне хреново от того, что я делаю. Зачем, главное? Почему? Это и есть моя слабость.

Прости меня, Рамиль.