Глава 41

Алекс вышла из спальни сразу услышав тот низкий рык Джоэла. Она остановилась на пороге, скрестила руки на груди и подняла на него неподвижный взгляд – в глазах была обида. Она не хотела устраивать сцену перед Майком, поэтому обошла его, подойдя к Джоэлу так, что между ними было всего несколько шагов.

— Пошли, — тихо сказала она, но в голосе слышалось: "Пошли, и больше не рычи".

Майк, не удержавшись, кивнул и, когда дверь за ними закрылась, сел на диван и усмехнулся:

— Вот же прикол… — негромко пробормотал он, глядя вслед.

***

Алекс и Джоэл вышли из квартиры Майка и молча двинулись к своей. В шаге друг от друга, но напряжённость притягивала между ними. В собственной квартире Джоэл закрыл за ними дверь на все замки. Алекс подошла к старой керосиновой лампе, аккуратно выкрутила фитиль, залила керосин, зажгла, и мягкий, тёплый свет заплясал по комнате, отбрасывая тени на лица. Она обернулась к нему и посмотрела прямо.

— А я смотрю... ты теперь тут весь популярный в этом чёртовом апокалипсисе, — с лёгкой насмешкой, но и болью в голосе.

Он нахмурился и попытался начать:

— Милая…

Но слово оборвалось с губ, потому что в глазах у неё уже была обида.

— Придурок — воскликнула она, злость прорвалась. — Ещё смеешь называешь меня так, когда зажимаешся по углам с другой пока я спала.

Слова посыпались, но в них, не только гнев. Там была боль и сомнение в том, что она для него лишь трофей, если в мертвом мире житье наладится он...

Джоэл замер. Его плечи опустились, но челюсть оставалась напряжённой. Он знал: дело не в словах, а в том, что стояло за ними. Он пытался выбраться, загасить пожар между ними. Стук сердца глушил слова.

— Алекс, — снова с трудом выговорил. — Я...

Но продолжить не смог – потому что слова скользили, не находя точки опоры.

Она же стояла наискосок, глаза чуть сузились, и теперь между ними была плотная, почти стекляная стена недоверия.

Внутри неё всё бурлило: злость, разочарование, страх быть снова преданной. Она смотрела на него и думала: "Ну что за идиот стоит тут передо мной? Такой тупой, чёртов упрямец"

И, не сдержавшись, резко шагнула вперёд, рука сама поднялась – она хотела ударить его, ударить сильно, чтобы почувствовал хоть часть той боли, что он дал ей. Джоэл всё видел. Он не пошевелился. "Пусть бьёт. Только пусть не уходит…" пронеслось в голове, и он замер, принимая всё, что она даст – даже удары Но удар не последовал. Алекс сжала руку в кулак и закричала, почти в отчаянии:

— Блядь… Даже ударить не могу — голос её охрип. — Какой же ты…