Глава семнадцатая. И грянул гром

Саймону кажется, что он падает вниз по спирали — в ебучий день сурка.

Как всегда, когда сыплется гора отчетов, которые нужно разобрать. Когда грань между бодрствованием и беспамятством стирается, превращая жизнь в размытое пятно. И остается только переть вперёд. Вливать в себя литры кофе и надеяться, что организм не схлопнется от неадекватной дозы кофеина в крови.

Существование превращается в монотонность.

Вернуться в их комнату с Новак далеко за полночь. Некрепкий сон на три-четыре часа. Подъём.

На автомате поздороваться с Прайсом в коридоре, который с тем же охуеть каким обречённым лицом идёт в свой кабинет. Потому что тоже по уши в том же самом говне.

Свет монитора, режущий глаза. Пальцы, автоматом листающие страницы. Отметить, подписать, напечатать. Холодный гул в голове, будто включённый на минималках генератор, и глухое раздражение где-то под рёбрами.

И по кругу, по кругу, по кругу.

Райли бросает взгляд на часы на столе. Середина дня.

Сука, только середина.

Пальцы машинально касаются стопки бумаг. Тех самых, что, по словам Ласвелл, нужно разобрать срочно. Потому что с Миллсом надо покончить как можно скорее, да?

Он издаёт низкий, недовольный звук, почти рычание, и возвращается к документам.

Стук в дверь — короткий, вежливый.

Он не успевает даже выдохнуть, как в дверном проёме появляется белая макушка.

— Ты тут в порядке? — тихо спрашивает Эмили, делая шаг внутрь.

— Волшебно, — отзывается сарказмом Саймон, не скрывая едкого яда в своём голосе.

Он замечает, как по лицу девушки скользит тёмная тень раздражения. Мимолётная, но заметная. Но она молчит, хотя Райли знает, насколько сильно ей хочется ответить ему в том же тоне.

Он тяжело вдыхает, насильно расслабляя плечи, будто отгоняет напряжение из мышц.

Не извиняется.

Просто ментально давит свой ублюдский темперамент, задвигая его на задворки своего внутреннего ада.

Не срывайся на ней.

Не она виновата.

— Что это? — хрипло спрашивает лейтенант, кивая на бумажный пакет в руках девушки.

— Принесла тебе поесть, — отвечает Новак без паузы, будто заранее знает, что он спросит.

Она делает пару шагов вперёд, кладёт пакет на край стола и упирается бедром в твердую поверхность, скрещивая руки на груди.

— Ты же опять забыл пообедать?

Райли чувствует, как запах расползается по кабинету. Густой, тёплый, почти домашний. Кофе, хлеб, что-то жареное. Непрошено, будто вторгается в этот холодный, выжженный воздух его кабинета.

Желудок предательски сжимает спазмом. Громко, мерзко. Будто издевается.

Он поднимает глаза на Эмили.