Глава 19: Инцидент в Сибуе
За пятнадцать минут до того, как их должны были официально казнить, у Анами невыносимо затекла левая нога.
Она стояла на коленях в самом центре древнего, вычерченного киноварью ритуального круга. За её спиной, тяжело и прерывисто дыша, стоял на коленях Юджи. Между ними было ровно три метра. Выверенное до миллиметра расстояние, которого параноидально требовали Старейшины. Чтобы неизвестная им техника Гематофагии не активировалась случайно. Чтобы они не могли соприкоснуться аурами. Чтобы не могли даже взглянуть друг на друга напоследок.
Их запястья были туго, до синяков стянуты особыми атласными лентами, исписанными тысячами мелких иероглифов, намертво подавляющими любую циркуляцию проклятой энергии. Каменная плита под коленями была не гладкой, как ей показалось сначала, а испещренной мелкими, острыми трещинами. Это становилось видно, только когда обреченно смотришь вниз, уткнувшись пустым взглядом в пол. В этих трещинах забилась вековая грязь, а в одной из расщелин виднелся крошечный, недогоревший комочек ритуального ладана.
Воздух в зале был тяжелым, пахнущим старой бумагой, воском и чужой смертью.
Старейшины не сидели на стульях. Они возвышались над ними в непроглядном полумраке, за плотными бамбуковыми ширмами, увешанными сотнями запечатывающих талисманов. Пять безликих фигур в объемных чёрных одеждах, чьи лица были намеренно скрыты непроницаемой тенью. Олицетворение высшей власти магического мира. Консерваторы. Палачи.
От них исходил холод многовековой системы, перемалывающей людей в пыль. Видны были лишь их иссохшие, старческие руки с неестественно длинными пальцами, покоящиеся на подлокотниках. Представители великих кланов Зенин, Камо и древних семей, чьи имена простым смертным знать не полагалось.
Анами закрыла глаза и начала маниакально считать удары собственного пульса. Шестьдесят. Восемьдесят. Сто тринадцать. На сто двадцать пятом тяжелые дубовые двери зала суда с оглушительным скрипом распахнулись. Эхо ударилось о каменные стены и тревожно замерло под высокими сводами. В проёме, нарушив священную тишину, стоял
Такума Ино. Его форменная куртка была измята, маска сдвинута на лоб. Он дышал так надрывно и хрипло, будто бежал всю дорогу от самой Сибуи, не останавливаясь ни на секунду.
Само его появление здесь, во время закрытого трибунала, было немыслимой дерзостью. Такума сделал неверный шаг вперёд, и Анами увидела, как мелко, бесконтрольно дрожат его опущенные руки.