7 глава
— Запрыгивай
Я моргнула.
— Прости?
Джетро не двигался. Он не производил впечатления надменного или раздражённого человека, или хоть какого–то, кроме как равнодушного и спокойного. Казалось, его ничего не интересовало. Я думала, что смогу использовать его для секса? Не было похоже, что он вообще умел улыбаться, не говоря уже о страстности.
Я посмотрела на его ноги: было заметно, как удерживая байк, напряглись на них мышцы, несмотря на то, что они были скрыты тёмными брюками цвета древесного угля.
— Я сказал — запрыгивай. Мы уезжаем.
Я рассмеялась. Какое нелепое предложение. Помахав своим подолом, я очень надеялась, что он не был слепым, потому что вряд ли кто-то смог бы проигнорировать на мне килограмм черных страз или акры материала.
— Сюда я добралась на лимузине. Нет такого способа, благодаря которому я смогла бы усесться верхом на твоём идиотском мотоцикле.
Джетро ухмыльнулся:
— Подойди поближе. Я это исправлю.
Моё сердце ёкнуло; я крепче сжала телефон. Ответа от Кайта так и нет. Это хорошо. Я просто должна была продолжать убеждать саму себя в том, что мне никогда не захочется вновь что-то слышать о нём.
— Исправишь — это как?
— Подойди сюда, и я покажу, — его взгляд плавно переместился на переднюю часть моего платья.
Я всю свою жизнь находилась рядом с влиятельными и привлекательными мужчинами. Мой отец и брат хорошо знали, каково это — быть холостяками, но им недоставало именно того, чего у Джетро было в изобилии.
Таинственности.
Всё в нём выражало обман и хитрость. Он был малоразговорчивым, но я чувствовала его запросы. По каким-то глупым причинам, это ощущалось так, будто бы своим молчанием он обучал меня быть внимательной, согласной, жаждущей доставить удовольствие.
Я ненавидела его естественную силу.
Попятившись, я покачала головой.
— Не надо.
Небольшая улыбка появилась на его губах, золотистые глаза вспыхнули.
— Это было не очень-то и вежливо. Я предложил любезно, даже почтительно, — его пальцы напряглись на руле. — Мне нужно ещё раз попросить, или ты пересмотришь свой ответ?
Вниз по шее проскользнул ручеёк страха. Я осознавала вспышку в его глазах. Вон делал также, когда мы были моложе. Она подразумевала разрушение. Они добьются всего собственным путём. Она означала мир боли, если я откажусь подчиняться. И по некоторым причинам, я не думала о том, что он вцепится в мои трусики и потянет их вверх до тех пор, пока они не врежутся между моими ягодицами, или он будет щекотать меня, пока я не смогу дышать, — вряд ли это боль в понимании Джетро.