Сплетни/Все твои друзья
Снова и снова
Тебе указывают, на чьей ты стороне,
Тебя вынуждают, тебя отшвыривают,
Чтобы ты осталась в стороне, пока идёт делёж.
Coldplay – AllYourFriends
У Менсфилда вошло в привычку: выходя из «лендровера» и перед тем, как закрыть дверь, он клал руку на крышу, а взгляд устремлял на мрачное здание полицейского управления. Смотрел на него с минуту, и только потом решался идти дальше.
Лифт на пятый этаж угрожающе прозвенел и со страшным скрипом распахнул двери. Бурлила жизнь. Люди ходили из одного кабинета в другой, звонили телефоны, в одной из комнат со стеклянными стенами шёл инструктаж, а офицеры в форме внимательно слушали выступающего, с одного взгляда понятно – старшего по званию.
Паркер уже сидел за столом и говорил по телефону. А вот Кастильо слегка опаздывала. Мимо столов прошел суперинтендант, поприветствовал всех, затем поднялся на этаж выше. Менсфилд понял, что руководитель их отделения этот обход проделывает каждый день и каждый вечер. И вовсе не затем, чтобы вести «учёт» прогулявших, а скорее подбодрить подчиненных. Следом за ним пришел и старший инспектор Джозеф Галбрейт. Так же со всеми поздоровался и скрылся в своём кабинете.
Менсфилд прекрасно чувствовал зуд от ногтей на своей спине в то роковое утро. Особенно, когда услышал стук в дверь номера. Их было двое: высокий мужчина и низенькая женщина. Сухое приветствие инспекторов уголовной полиции. Но когда она заговорила – не осталось никакого сомнения, что эту ночь он провел с ней. Менсфилд точно помнил, что на ковре, на котором они занимались любовью, осталась серёжка. А после прихода полицейских украшение исчезло. Не случайно.
Видеть, как Кастильо проводит допросы, рассказывает о своих предположениях касательно убийства или представляет себя в роли убийцы или жертвы для него было несколько необычно. Это никак не вязалось с другой её стороной, которую она демонстрировала в номере отеля. Это воистину два совершенно разных человека. Поэтому он тогда решился на тяжелый разговор после того, как она задержала Сейди Монктон, едва не разделив перед этим с ней падение с лестницы. Человек, который может проявить силу, скрывал свою боль из-за подвёрнутой лодыжки.
— Чего вы хотите? — спросил его в тот день суперинтендант Джек Макбин, рослый шотландец за пятьдесят с лёгким акцентом и морщинами под глазами.
— Хочу быть полезным.
Ответ его не слишком убедил. Даже после разговора с комиссаром полиции Ливерпуля, приходившимся Менсфилдам давним другом.