Глава 34
КИРИАН
Из беспокойного сна этим утром нас вырвал стук в дверь. Я был слишком слаб, чтобы отправить незваного гостя туда, откуда он пришел, поэтому Элли, накинув мою рубашку, пошла посмотреть сама. Её не было около минуты, но, когда она вернулась, то выглядела слегка напуганной.
- Кто там? – Спросил я, хмурясь.
- Не знаю, мужчина за дверью сказал, что он от кого-то по имени Ниал.
Я выдохнул. Меня больше напугал бы внезапный визит кого-то из семейки Хейзов.
- Впусти его.
Элли кивнула и ушла. Я ждал, что один из приспешников Ниала придет и расскажет мне, где держат Коннели, возможно отвезет меня к нему, но вместо этого вошла Элли с небольшой белой коробкой в руках, обернутой красной лентой и пышным бантом.
- Он не стал заходить, просил передать тебе лично в руки.
Подтянувшись, я оперся спиной на изголовье кровати, заняв сидячее положение. Это не было каким-то сложным движением, но я застонал от тянущей боли в плече, поскольку обезболивающие почти не действовали.
- Это подарок? Тебе помочь открыть? – Спросила Элли, поставив коробку на мои бедра.
- Зная Ниала, лучше не делать выводы лишь по красивой обертке.
- Кто такой Ниал?
- Мой знакомый из Дублина. Вчера я попросил у него помощи в поимке Коннели. - Ответил я, развязывая бант здоровой рукой.
Приоткрыв крышку, я заглянул внутрь. Мои глаза округлились, а к горлу подступила желчь. Элли тут же попыталась заглянуть, но я закрыл крышку.
- Нет.
- Что там?
- Сделай два шага назад. - Мой голос был сдавленным и низкий, я даже не узнавал его. Я должен был догадаться, что Ниал гребаный психопат.
Элли недовольно сжала губы в тонкую линию, но послушала меня.
- Кириан, что в коробке?
- Стой, где стоишь, я покажу.
Проглотив ком, я вернул свое внимание к так называемому подарку. Сняв крышку, достал один из предметов, лежавших внутри.
- Боже...
Элли зажала рот рукой и сделала два нерешительных шага назад, глядя на человеческую руку с часами на запястье, которую я держал за еще теплый мизинец. Кожа рваная, кость чуть ниже локтя раздроблена, с неё до сих пор капала кровь. Они, блядь, просто отпилили её.
Мне было мерзко, но я не отрывал взгляд от девушки передо мной. Поначалу она действительно была напугана, но скорее видом куска человеческого тела, нежели тем, что это отрубленная рука ее насильника. Долгие минуты Элли просто молчала и смотрела, пока я мечтал проникнуть в ее голову и забрать все горькие мысли. Я бы стер каждое мучавшее ее воспоминание, уничтожил бы весь опыт, который когда-то травмировал ее, тем самым взрастив хладнокровие к жизни.
Но в следующий миг, ее страх сменился ненавистью и решимостью. Элли покачала головой.
- Это его часы.
Это все, что мне надо было услышать. Не теряя ни секунды, я бросил руку обратно в коробку, желая поскорее покончить с этим. Я накрыл все крышкой, чтобы Элли не увидела, что еще лежит внутри.
- Принеси черный мешок.
Она вышла из спальни, а я потянулся к телефону. Он был выключен, поэтому пока Элли шарилась в ящиках, я подключил зарядное устройство и подождал несколько секунд. Когда телефон включился, мне тут же пришли уведомления об одиннадцати пропущенных вызовах от Ниала. Я перезвонил, и он тут же взял трубку.
- Ну, наконец-то! Я думал ты умер. – Слышу я довольный голос с сильным ирландским акцентом.
- Только не говори, что ты переживал.
Он усмехнулся. - Конечно, нет. Я просто не знал, куда отправлять венок. А вообще, ты хорошенько повеселил меня.
- Я тебя? Кажется, ты прекрасно повеселился сам.
- А, так ты получил мой подарок? Признаюсь, идею с рукой украл у «Крестного отца», но согласись, выглядит эпично.
- Ты отрезал его долбанный член!
Конечно, именно в этот момент Элли вернулась в спальню с пакетом в руке.
- Блять. – Прошептал я, устало проведя рукой по лицу.
- Технически не я, но, да, это было по моему приказу. Разве твоей подружке не понравился мой сувенир? Вы могли бы засушить его и повесить на стену, вместо ловца снов.
- Ты больной, Ниал, серьёзно, - говорю, не открывая глаз - но я хотел разделаться с ним лично.
- И ты бы сделал это, если бы ответил на мои звонки. У моих парней полно работы, да и ублюдок был слишком болтливый. Я даже отрезал ему язык, но не стал его посылать, это скучно.
- Что он говорил?
- Знал, что ты спросишь, - на той стороне линии появились шорохи, затем тихий голос Ниала на ирландском. Я даже не пытался разобрать, что он сказал, поскольку не знаю языка, но мое внимание привлек голос девушки, которая отвечала ему так же на ирландском, но с мексиканским, возможно, испанским акцентом, - так, - со вздохом произнес Ниал, будто внезапно стал чем-то огорчен, - помимо того, что он молил о пощаде, ублюдок произносил одни и те же слова: ей все равно не спастись, он будет преследовать ее пока не отомстит. Мне показалось, что это бред психа, иначе кто будет говорить о себе во втором лице? Может у него есть Альтер-эго? – Предположил Ниал усмехнувшись. Но мне было не до смеха.
- Ясно. Ладно. Я свяжусь с тобой позже.
- И это твоя благодарность? Я ранен.
- Считай, что мы в расчёте. - Отключив вызов, я посмотрел на Элли. Она застыла на месте, глядя на коробку на моих бедрах.
- Принцесса?
- Я хочу увидеть.
- Нет.
- Кириан! - сердито произнесла она, сверля меня одновременно недовольным и умоляющим взглядом, - ты не можешь запретить мне. Я должна получить своё завершение.
Мне не нравилась эта идея. Будучи взрослым мужчиной, мне противна сама мысль о том, что находится внутри коробки, но я действительно не мог запретить ей.
Я пожал плечами, о чем тут же пожалел, когда заныла раненная рука.
- Я предупреждал.
Элли подошла ближе, я медленно снял крышку с коробки, чтобы позволить ей заглянуть внутрь. Мои глаза неотрывно следили за каждой черточкой ее лица, чтобы успеть среагировать и закрыть этот гребанный «подарок» Ниала.
Вялый член с морщинистой волосатой мошонкой был покрыт засохшей коричневатой кровью. Он валялся рядом с рукой так, будто это не куски человеческого тела, а бутафория к фильму ужасов.
Сначала глаза Элли увеличились до размера блюдец, затем она прикрыла рот рукой, но не издала ни звука. Я даже подумал, что она неплохо справляется, но в следующую секунду девушка застонала и убежала, как я предположил, в туалет.
Я бы пошел за ней, черт, не знаю зачем, но мне не нравилась мысль, что она переживает это самостоятельно, а я был слишком слаб даже для такого пустяка, как встать с кровати. Поморщившись от собственной уязвимости, я дотянулся до пакета, который Элли бросила на пол, сунул в него коробку и плотно завязал.
Вернувшись, Элли уже не выглядела такой бледной, она забралась ко мне в постель и прижалась щекой к груди. Уткнувшись носом в ее макушку, я провел ладонью по ее оголенному плечу.
- Ты в порядке?
- Не верю, что все закончилось. Он долго молчал, но я знала, что все равно был рядом. Я будто ощущала постоянную тень за спиной и теперь, когда он мертв... Это похоже на сон.
- Он мертв, принцесса. Ты свободна.
Она приподнялась на локте. На губах образовалась маленькая, но озорная улыбка.
– Получается, ты снова спас меня?
- Разве у меня был выбор?
- Ты мог просто отправить меня в полицию или рассказать все Хантеру.
Я отвел взгляд, надавив рукой на ее голову, заставляя вернуться в прежнее положение.
- Злодей хотел поиграть в героя.
- Злодей чуть не умер.
- Я не умер. И кстати, ты тоже спасла меня.
Она провела ногтем по татуировке змеи, обвивающей мой сосок, вокруг которого тут же побежали мурашки.
- Я уже говорила, что ничего не сделала.
- Позволь мне решать самому.
Внезапно я осознал, что, когда Элеонора переживала свои худшие кошмары, ее никто не спасал. Она всегда была одна и единственное, что мне оставалось, это заменить все ее плохие воспоминания – хорошими. Я был готов получать за эту девушку по пуле в неделю, если бы это означало, что она будет в безопасности и счастлива.
Но ты не сделаешь ее счастливым, пока хранишь свои мерзкие тайны.
Прорвался сквозь мои мысли голос гребанного разума. Я и так, блядь, знал это. Забывал лишь когда спал или, когда Элли улыбалась так, что я в принципе забывал про весь чертов мир.
Я признаюсь. Не сейчас и точно не сегодня, но скоро.
- Значит, теперь я могу вернуться в свою квартиру? – Тихо произнесла Элли, вырисовывая маленькие круги пальцем на моем прессе и груди.
- Нет, черт возьми.
Ее тело напряглось, а рука замерла.
- Нет?
- Если ты вернёшься туда, то я поеду с тобой. – Превозмогая боль, я потянулся рукой к ее лицу, поскольку здоровой обнимал ее плечи, и взял за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. - Мы вместе, помнишь?
- Ты хочешь продолжать жить со мной?
- Ты кормишь меня, и я люблю наш секс.
Ее глаза стали похожи на щели. - И это все?
Я улыбнулся, глядя на ее недовольное выражение лица. Пятьдесят девять. Столько веснушек на ее носу. Сегодня ночью я посчитал их. Это помогало отвлечься от боли.
- Не все.
Я наклонился и поцеловал ее губы. Невесомо, едва касаясь, но выражая гораздо больше чувств, чем во время нашего секса. Затем поцеловал в уголок губ, скулу и кончик носа. Элеонора замерла с закрытыми глазами, ее щеки порозовели и черт, мой член был бы рад поучаствовать в этой прелюдии, но сейчас речь шла о другом.
Я не мог признаться Элли в том, что я действительно испытывал к ней, но мог показать, что она гораздо больше, чем кто-либо, когда был. Элеонора Ван дер Хейз была гребаным всем. Моим кислородом. Моей погибелью. И моим миром.
Когда я поцеловал каждый дюйм ее лица и отстранился, Элли протестующе застонала, держа глаза все еще плотно закрытыми.
- Какие-то проблемы? – Со смешком спросил я.
Она снова нахмурилась и сказала. - Мы должны рассказать Хантеру.
Мое настроение мгновенно пропало. Элли могла это отрицать, но одобрение Хантера важно для нее. И я почти уверен, что она его не получит.
- Давай пока не будем спешить.
Я старался сделать свой голос более спокойным, но внутри меня кипела ярость. Возможно, от того, что Хантер напрямую связан с ублюдком, которому я должен кучу денег.
- Он ничего не сделает. Ему придется смириться.
- Я знаю, принцесса. Дай мне прийти в себя.
Уголки губ Элли опустились, от чего у меня, что-то надломилось в груди. Еще минуту назад я решил сделать ее счастливой, но следом поступил, как трусливый мудак.
- Ладно. – Тихо шепнула она.
Но это «ладно» было, как вонзившейся ржавый нож в мои ушные перепонки. Ей приходилось мириться с моей слабостью, переступать, через свои желания и быть несчастной, скрывая правду от родного брата. Кем это делало меня?
Таким же мудаком, как и все те, что ломали ее годами.
***
Пять дней спустя мы всё ещё жили в моей квартире. Несколько раз я предлагал Элеоноре переехать, несмотря на то что сам этого не хотел, но считал, что в ее роскошной квартире ей будет комфортнее. На мое удивление она отмахивалась от меня и говорила, что здесь ей уютно и спокойно.
Все это время, я, как домашний питомец, сидел дома и ждал возвращение хозяйки. Иногда Элли надевала мой поводок и выводила погулять, но на этом всё. Она была гиперопекающей и поначалу мне это даже нравилось, но, когда она запретила мне засиживаться перед телевизором допоздна, аргументируя это тем, что во сне тело восстанавливается быстрей и выбросила все чипсы, заставив соблюдать белковую диету, якобы, чтобы мои мышцы быстрее срослись, я почувствовал себя чертовым подростком.
Нет, серьезно, Элли стала зацикленной. Мне конечно нравилось, когда она помогала мне принять душ, делала массаж всего тела, а иногда даже кормила с ложки сидя на моих коленях в одних трусиках, но из-за этого я чувствовал себя слишком беспомощно и уязвимо. Я пытался убедить её, что мне прострелили руку, а не голову и я могу справляться сам, но она была непоколебима.
Я не лгал, я действительно готов поймать за Элли хоть сотню пуль, но не готов потом мириться с ее синдромом заботливой наседки. Я чувствовал, что окончательно теряю свои яйца, пока следовал каждому ее приказу.
К счастью, плечо заживало действительно быстро и на седьмой день Элли сняла швы. Благодаря антибиотикам, мы избежали заражения, и я был готов вернуться в социум, но мой врач была категорична и засунув мой член в рот, заставила поклясться, что я отдохну еще пару дней.
Говоря об этом, Элли отказывалась заниматься со мной сексом, упоминая о том, что я не готов к такой активности. Но я всегда готов, когда дело касалось её. К счастью, ей нравилось стоять передо мной на коленях, поэтому грех было жаловаться.
Один раз мы даже умудрились поссориться во время минета. Элли сказала, что не даст мне кончить, пока я не назову её по имени. Я был на грани и слово практически слетело с моих губ, но я так и не смог этого сделать, поэтому остался со стояком и злой принцессой.
Не знаю почему, но она стала настаивать на том, чтобы я звал её по имени. Она была принцессой даже до того, как у нас все закрутилось, черт, задолго до того, как я впервые ее увидел. Назвать её имя — значит перейти на какой-то другой уровень. А я не мог этого сделать, пока не разберусь с Александром. Как только сделка будет расторгнута, я во всем признаюсь, в том числе и в своих чувствах и сделаю все, что она захочет.
Помимо прочего, мне не нравилось и то, что теперь Элли самостоятельно ездила в университет. Опасности в её передвижении больше не было, но мне нравилось, когда она немного зависела от меня.
Однажды она рассказала, что тот мутный профессор, что зашивал мою руку, спрашивал о моем самочувствии. Отчасти я ему благодарен, но мне не нравился этот тип по нескольким причинам. Во-первых, он слишком молодой. Во-вторых, подозрительно точно определил из какого оружия в меня стреляли, что потом подтвердил Ниал и в-третьих, он называл мою девочку - Элли, а это не нормально, они даже не друзья. Ведь не друзья? Даже я не называю её так.
Мне не нравилось, что Элли часто находилась в поле зрения этого человека, но она ему доверяла и мне тоже пришлось. Или я делал вид, поскольку Элеонора сказала, что я мог умереть от потери крови или заражения, если бы он не помог. В каком-то смысле, я был его должником.
На десятый день моего больничного, Элли вывела меня прогуляться. Мы шли вдоль пляжа, когда к нам подбежал мальчик лет восьми и протянул моей девушке ромашку.
- Это тебе. – Сказал он и широко улыбнулся, не волнуясь, что у него не было одного переднего зуба.
Элли взяла цветок и улыбнулась в ответ одной из своих редких, искренних улыбок.
- Спасибо, милый.
Я нахмурился и сжал челюсть. Не поймите неправильно, но этот сопляк только появился и уже заслужил право быть милым, когда я заслужил его, поймав пулю.
- Тебе нужна помощь? Где твои родители? – Спросила Элли, прижав цветок к носу.
- Папа покупает мне мороженое.
Элли засмеялась, звук был похож на пение птиц. И его причиной был не я. В моей голове замелькали картинки, как я беру этого щенка за шкирку и кидаю в океан. Черт, это не нормально.
Мальчик видимо почувствовал мой настрой или я не сильно скрывал враждебный взгляд, но он поднял голову и посмотрел на меня так, будто я отнял у него леденец. Обычно, я само очарование, но, когда мне кто-то не нравится, я стараюсь довольно ясно это донести. Большинству проще уйти с моей дороги, но этот наглец не сделал ни шага. Более того, он ответил на мой взгляд своим.
Мне пришлось взять себя в руки и не послать его к гребаному отцу, который не следил за своим сыном.
Наконец оторвав от меня взгляд, щенок сделал шаг к Элли и поманив ее пальцем, попросил наклониться. Когда она сделала это, засранец что-то прошептал ей на ухо. Она улыбнулась и прошептала, что-то в ответ. Мальчик тяжело вздохнул и вновь осмотрел меня с головы до ног.
- Он похож на пирата.
Элли прошлась нежным взглядом по моему лицу и телу.
- Правда?
Он закивал. - Да.
Так все. Достаточно.
Я обхватил Элли за талию и прижал к себе. Блядь, я метил территорию перед дошкольником.
- Давай, парень, тебе пора. Эта принцесса - моя.
- Кириан. – Элли ударила меня локтем в живот. - Не будь грубым.
Я помахал рукой, будто отгонял надоедливую муху. В каком-то смысле так и было.
- Все давай, беги отсюда.
- Кириан!
Мальчик нахмурился сильнее, но не похоже, чтобы собирался уходить.
- Я скоро вырасту и женюсь на ней.
- Конечно, в твоих мечтах.
Элли снова ударила меня по ребрам, уверен, там останутся синяки.
- Дарен!
Мужчина, видимо, отец мальчика подошел ближе с двумя рожками мороженного в руках. Он строго посмотрел на меня, будто это я его провинившийся сын, затем более расслабленно на Элли.
- Папа посмотри какая красивая девочка. Я женюсь на ней.
- Девочка уже занята, Дар, пошли, - мужчина посмотрел на нас, - извините.
- О, ничего, он очень милый.
Он улыбнулся Элли и теперь я ненавидел их обоих. К счастью, отец оказался разумнее сына и считал мой угрюмый вид правильно. Он отдал мальчику рожок и освободившейся рукой оттащил его от нас за плечи. Но сопляк не унимался, он обернулся и сказал.
- Я очень быстро расту. Не выходи замуж за пирата.
Отец мальчика рассмеялся и похлопал щенка по спине, потому что он, блядь, находил забавным то, что его сын, у которого еще даже писюн не отрос, пристает к чужим женщинам.
- Ты вел себя грубо. – Возмущенно произнесла Элли, вырвавшись из моих рук, когда мы отошли на достаточное расстояние от ее нового беззубого воздыхателя.
- Дети стали слишком наглыми.
Я выхватил цветок из её рук и бросил на землю.
Брови Элли поползли к корням волос. – Подожди, ты сейчас приревновал меня к ребенку?
- Что он тебе прошептал?
- Он спросил: заставляет ли тебя этот страшный человек быть рядом?
- Этот засранец... - Я бросил взгляд в ту сторону, куда он ушел.
- Его можно понять, ты выглядишь не очень приветливо.
- И что ты ответила?
Элли лукаво улыбнулась. - Не скажу.
- Серьезно? Ты действительно прямо сейчас поделила секрет с ребенком?
Элли сдержала смех. - Господи, Кириан, ты действительно ревнуешь.
- Может и так.
- Это глупо, ты же знаешь, как сложно мне открываться людям, у меня никогда не было серьезных отношений, но я здесь. С тобой. Я доверилась тебе так, как никому и никогда. И вообще, - она прикусила нижнюю губу, снова сдерживая смех, - я думала ты более уверен в себе.
Я закатил глаза. - Не знаю, принцесса. Совсем недавно ты была влюблена в другого.
Блядь. Зачем я это сказал?
- Кириан!
- М?
- Я говорила, что выдумала эту любовь.
Что ж, раз начал, иди до конца.
- Хочешь сказать, если бы он сейчас пришел и, как истинный джентльмен, которого ты так хотела, подарил тебе цветы и, не знаю, встал бы на одно колено с предложением руки и сердца, ты бы отказала?
Я задержал дыхание. Элли думала, что это риторический вопрос, но это самая, блядь, настоящая правда, которая беспокоила меня все это время.
- Конечно, знаешь почему?
- Потому что я бы не допустил этого?
- Потому что мне не нужен джентльмен. Я хочу грубого, дикого, властного злодея.
- Правда? Это же я.
Я широко улыбнулся впервые с тех пор, как от нас отстал сопляк со своим папашей и выдохнул. Бог слышал, она сама сказала эти слова.
- Перестань так улыбаться, иначе я не сдержусь.
Я усмехнулся. - Не сдержишься?
- Именно, заставлю трахнуть меня прямо здесь.
Блядь. Она действительно сказала это? Я сотворил чудовище.
- Не могу сказать, что мне не нравится эта идея. Особенно, после такого длительного воздержания, которое ты мне навязала.
- Твоя рука еще не зажила, и я делала тебе минет по несколько раз на дню.
- Но я хочу быть внутри тебя в другом месте.
- Значит ли это, что я должна перестать брать твой член в рот?
Ну, твою мать. Ни одна женщина не может сказать это сексуальнее.
- Блядь, нет. Делай это, когда захочешь.
Я снова улыбнулся, на что Элли остановилась, заставляя меня сделать несколько шагов вперед без неё.
- Я серьёзно, Кириан. Прекрати улыбаться. Здесь полно голодных девиц и мне не нравится, что они смотрят на твою улыбку.
- И это я ревную?
Элли подошла ближе. Очень близко. Я достаточно хорошо ее узнал, чтобы определить ее улыбку, как фальшивую. Ее глаза горели, а пальцы зацепились за ремень на моих джинсах.
- Я не делюсь, Кириан, - ее рука сдвинулась вниз и крепко обхватила мои яйца, - это понятно?
Прощайте яйца, без вас я выживу.
- Мы больше, чем похожи, принцесса. – Прошептал я, задерживая дыхание.
Элли сильнее сжала мои яйца, ее совершенно не смущал тот факт, что мы находились на общественном пляже, где полно туристов и детей. От мысли, что кто-то увидит, как эта сексуальная англичанка держит меня за яйца, мой член напрягся. Я взял ее за затылок и притянул ближе к своему лицу.
- Ты все еще не стер улыбку с лица.
- Здесь я отдаю приказы, принцесса, - грубо сказал я, - но меня заводит тот факт, что все считают тебя миленькой мизантропичкой с королевскими манерами, а на деле ты сумасшедшая, дикая собственница.
- Во-первых, нет такого слова, как мизантропичка, а во-вторых, тебя, что-то не устраивает?
Если тебе есть, что сказать, то сделай это. Я выслушаю, но не факт, что послушаюсь, любимый.
Мой рот приоткрылся, я почувствовал, как сердце подползло к горлу и упало на землю у её ног.
- Что?
- Ты назвала меня любимый?
- Ох... Я...
Элли растерялась и попыталась сделать шаг назад, но я крепче сжал её волосы на затылке и притянул обратно к себе. Ощутимая на вкус победа.
- Мне понравилось. И прямо сейчас я хочу поцеловать тебя...
Я не успел закончить предложение, как она прижала свои губы к моим, впиваясь в моё черствое сердце горячим поцелуем. Элли делала это с жаждой, отчаянием и огромным количеством эмоций. Она целовала меня так, будто никогда не отпустит. Будто она выстоит все, через что нам еще предстояло пройти.
И, конечно, она вернула контроль обратно в свои руки.