7 глава

Дома Арсений долго сидел с чашкой чая, перебирая в голове сегодняшний вечер. 

Антон, оказывается, понимал литературу. Не просто заучивал для оценок, а чувствовал. 

И это меняло всё. 

Он вдруг осознал, что все эти недели воспринимал Антона как навязчивого ребёнка, который играет в любовь. Но сегодня перед ним был умный, увлечённый молодой человек. 

Телефон. Сообщение: 

«Спасибо, что не прогнали меня сегодня. Я знаю, вам неприятно моё внимание. Но я правда люблю литературу. И… не только её. Спокойной ночи.»

Арсений не ответил. 

Но и удалять сообщение не стал.   

После лекции Арсений начал замечать перемены. 

Теперь, когда Антон поднимал руку на уроке, его ответы были не формальными, а осмысленными. Он спорил о трактовках текстов, приводил неожиданные параллели, и — что самое странное — делал это без намёка на флирт. 

Однажды после разбора «Преступления и наказания» Антон задержался, чтобы задать вопрос: 

— Арсений Сергеевич, а вы считаете, что Раскольников мог бы измениться без Сибири? Без этого наказания? 

Арсений, уже привыкший к поверхностным вопросам от учеников, на секунду задумался. 

— Интересная мысль. Но, пожалуй, нет. Ему нужен был этот крах. 

— Как и Достоевскому, — кивнул Антон. 

— Ты читал его биографию? 

— Да. После того, как вы упомянули на прошлом уроке, что его личный опыт повлиял на роман. 

Арсений невольно улыбнулся. 

— Ты удивляешь меня. 

Антон ответил улыбкой, но не стал развивать тему. Просто собрал вещи и вышел. 

И это отсутствие привычных подколов, этих намёков — беспокоило Арсения больше всего. 

Но мир не забыл. 

— Попов, — Дмитрий загнал его в угол учительской на перемене. — Ты в курсе, что теперь весь десятый класс обсуждает, как ты и Шастун свидание в библиотеке назначили? 

Арсений побледнел. 

— Что?

— Да-да. Оказывается, кто-то из вашего класса видел, как вы там страстно спорили о книгах, — Дмитрий криво усмехнулся. 

— Мы просто разговаривали. 

— Не мне объяснять, — Дмитрий поднял руки. — Но будь готов. Директор уже в курсе.   

Кабинет директора. 

— Арсений Сергеевич, — директор, массивный мужчина с седыми висками, сложил руки на столе. — Ко мне поступили тревожные сигналы. 

— Я догадываюсь, о чём речь, — Арсений стиснул зубы. — И это недоразумение. 

— Надеюсь. Но вы понимаете — даже намёк на подобные отношения… 

— Никаких отношений нет! 

— Тогда почему ученик Шастун открыто проявляет к вам интерес? 

Арсений замер. 

— Он увлекается литературой. 

— И только? 

Тишина. 

Директор вздохнул.