«Хотела.. и тогда, и сейчас.»

1994 год, 13 ноября, 19:21

Коридор перед Большим залом шумел и жил своей жизнью: чёрные мантии мелькали, шаги гулко отдавались в камне, кто-то смеялся, кто-то переговаривался. На фоне всей этой беготни три фигуры выглядели странно неподвижными. Гарри, Рон и Гермиона стояли, словно собирались с духом.

Моника заметила их ещё издалека. Она шла неторопливо, держа руки в карманах мантии, и её шаги звучали громче, чем хотелось бы.

Первым заговорил Гарри, будто слова у него горели на языке:
— Моника... мы хотели извиниться. — Он замялся, глядя прямо ей в глаза. — Я был неправ.

— Мы все были, — добавила Гермиона. Голос у неё был твёрдый, но глаза предательски блестели. Казалось, она выучила это извинение наизусть, и только что решилась произнести.

Рон почесал затылок, бочком переминаясь с ноги на ногу:
— Ну... ты же знаешь, я иногда полный осёл. В общем... прости?

Толпа вокруг шла дальше — никто не замечал этой сцены. А для них троих всё будто замедлилось.

Моника остановилась напротив. Молчала. Лицо её было спокойным, почти холодным, но внутри пульсировало то самое чувство — тонкая смесь горечи и облегчения. Она выдержала паузу нарочно: чтобы они прочувствовали момент.

И наконец, коротко кивнула.
— Ладно. — В её голосе не было ни тепла, ни колкости, просто факт. — Считаем, что я вас простила. Но на будущее... думайте головой, прежде чем судить.

Гермиона первой шагнула к ней и крепко обняла. Гарри виновато улыбнулся, а Рон выдохнул так шумно, будто сбросил камень с груди.

И именно тогда, сквозь толпу, Моника заметила его.

Драко.

Он стоял чуть в стороне, руки в карманах, ровная осанка, спокойный взгляд. Никаких драм, никаких театральных жестов. Только лёгкий кивок.
«Твоё решение. Но будь начеку.»

Моника едва заметно усмехнулась, не сводя с него глаз.

⸻

В Большом зале царила праздничная суета. Огромные своды отражали свет сотен свечей, парящих под потолком. Блюда появлялись и исчезали на длинных столах, запах тыквенного пирога смешивался с жареной индейкой и пряностями.

Но как только за преподавательским столом поднялся Дамблдор, шум мгновенно стих. Его голубые глаза сверкали весёлым огоньком.

— Друзья мои! — начал он, разводя руки так, будто собирался заключить в объятия весь зал. — В этом году у нас особое событие. Хогвартс станет свидетелем... Святочного бала.

По залу прокатился взрыв восторженного гула. Хаффлпаффы хлопали друг друга по плечам, слизеринцы обменивались понимающими ухмылками, за столом Рейвенкло кто-то тут же вытащил перо и стал записывать детали.