Глава 38
Во сне ему приснилось, будто он падает с большой высоты. Линь Сунъань резко проснулся ранним утром, дыхание его сбилось, и он обнаружил, что подушка рядом пуста.
Рядом не было никого. Тан Нина в его объятиях не оказалось.
Линь Сунъань мгновенно пришёл в себя. Он окликнул: «Нин-Нин», — но ответа не последовало. Он быстро выскочил из постели, вышел из спальни и стал оглядываться.
К счастью, на балконе он увидел фигуру.
Линь Сунъань поспешил туда. Тан Нин сидел на плетёном шезлонге, обняв колени и запрокинув голову. В руке он держал серебряную цепочку, которая мягко поблёскивала в бледном утреннем свете, и внимательно её рассматривал.
Линь Сунъань крепко обнял его. «Ты напугал меня, Нин-Нин», — голос его дрожал.
«Ты подумал, что я ушёл?»
Линь Сунъань уткнулся лицом в грудь Тан Нина и глубоко, медленно выдохнул.
Гладя его по волосам, Тан Нин почувствовал проблеск веселья. «Куда я пойду? Я ещё не закончил учёбу, глупыш».
Линь Сунъань понял, что испугался понапрасну, и тихо рассмеялся. Затем он опустился головой на колени Тан Нина. «Да, Нин-Нину ещё учиться целый год, а потом ты поедешь за границу. В какую страну хочешь?»
«Не решил пока. Может, в Великобританию. Зависит от того, с какими университетами сотрудничает наша программа по праву и бизнесу».
«Хорошо».
«А ты? Ты в Германию поедешь, верно?»
Поскольку Янь Чживэй учился в Германии, Фан Цзинь хотела, чтобы и Линь Сунъань отправился туда.
«Откуда ты вообще всё знаешь? Линь Ци тебе всё рассказывает?»
Тан Нин слегка улыбнулся. Линь Сунъань перевернулся на бок, положив голову Тан Нину на ноги. Тот чуть поправил позу, чтобы тому было удобнее. Линь Сунъань сказал: «Я никуда не поеду. Останусь работать в Тяньхэ, буду брать на себя больше обязанностей, добьюсь чего-нибудь в карьере, а потом буду ждать, пока ты вернёшься. И тогда найму адвоката Тан Нина в качестве юридического консультанта группы компаний Тяньхэ. Согласишься, адвокат Тан Нин?»
«С каких пор выпускник-новичок становится юрконсультом публичной компании?» — Тан Нин небрежно провёл пальцами по волосам Линь Сунъаня.
«Если я говорю, что возможно, значит, возможно».
«Звучит, как слова избалованного молодого господина».
Линь Сунъань мягко рассмеялся и перевернулся, чтобы обнять Тан Нина за талию.
«Нин-Нин, просто иди своей дорогой. Не позволяй никому влиять на тебя».
Вдруг Тан Нин вспомнил тот день в общежитии, когда Хэ Цинжуй сказал: «Боже мой, Тан Нин, у тебя самые лучшие 21 год жизни!»