Глава 22. Хрупкая связь времени.

Нил кружился в причудливом танце утраченных воспоминаний, нежных и мучительно близких. Яркий образ Натали, внезапно пробившийся сквозь завесу прошлого стараниями Натаниэля (Рико), развеял мрачные сомнения, обнажив одновременно глубокую внутреннюю пустоту и отчуждение. Девушка оказалась совершенно иной, чем та, какой её запомнил Нил. Больше не похожая на слабую пленницу собственной судьбы, раздавленную утратой воли и веры в лучшее будущее, она предстала сильной и независимой. Однако осознавать, что именно он сам некогда был её единственной опорой, её защитником и покровителем, стало нелегким испытанием. Понимал ли он тогда, какую важную роль играл в её судьбе?

Теперь становилось очевидно: спасение всегда связано с риском гибели, особенно если источник спасения становится частью собственного прошлого, превратившегося ныне в легенду. Осознавая всю абсурдность ситуации, Нил чувствовал огромную ответственность за судьбу девушки, несмотря на привычку жить исключительно для себя, игнорируя чувства окружающих. Но какую цену придётся заплатить за спасение чужой души? Каждый раз, пытаясь защитить кого-то ещё, он сталкивался с трагическим исходом. Этот груз прошлых неудачных попыток спасать других заставлял Нила уклоняться от роли героя, видя в себе лишь инструмент наказания за собственные поступки.

Любое проявление заботы воспринималось Нилом как нечто чуждое и натянутое. Единственным исключением был Эндрю, к которому Нил невольно стремился приблизиться. Что удивительно, он находил особое удовлетворение в том, что Эндрю нуждался в нём. Сам Нил мог часами молча наблюдать за молодым вампиром, внимательно вслушиваясь в каждое произнесённое слово и следя за малейшими движениями. Каждое действие Эндрю казалось значимым и важным, несмотря на его внешнюю замкнутость и отстраненность. Холодность и равнодушие только усиливали притяжение Нила.