13 глава

- Джису, ты просто сама не понимаешь, на что меня толкаешь! - Дженни провела по щекам большой пуховкой и посмотрела на отражение подруги в зеркале.

Та усиленно колдовала над причёской Дженни, сосредоточенно нахмурившись и зажав в зубах несколько шпилек.

- О, да! - Джису вынула изо рта шпильки и принялась закреплять волосы Дженни в высокую причёску. - Это огромное преступление, поехать к друзьям и показать всем, что ты никакая не затворница. А очень даже успешная и шикарная женщина.

Дженни поморщилась, хотя, несомненно, слышать из уст подруги такие определения в свой адрес было довольно приятно и лестно.

- А вдруг там Чонгук будет? - шепнула она, поворачиваясь так и этак, чтобы рассмотреть свою причёску. - Я тогда-то в издательстве еле смогла взять себя в руки, а что теперь будет, не представляю.

- Вот и не представляй! Нервы целее будут. И вообще, что это за привычка, напридумывать себе чёрт-те чего, заранее готовясь к худшему? Может, он туда вообще не явится?

- А вдруг он там будет с ней? - Дженни глубоко вздохнула, каждую секунду борясь с искушением стащить с себя шикарное чёрное платье-футляр и заявить, что она остаётся дома.

После той самой встречи в издательстве она неоднократно ловила себя на мысли, что сожалеет о том, что не стала говорить с Чонгуком. И несколько раз даже приходилось останавливать себя, когда рука непроизвольно тянулась в сторону мобильного телефона. И вот теперь, когда ей снова давалась возможность увидеться с мужем на празднике у общих друзей, она боялась. Боялась увидеть там его с Лисой, хотя, надо признаться, очень надеялась, что ему хватит ума не приводить любовницу к общим знакомым.

- Ну, значит, он без царя в голове, - вынесла приговор Джису, в последний раз оглядывая Дженни и убеждаясь, что всё идеально, - Если он начнёт выводить эту мымру в свет, завтра же лично отвезу тебя в ЗАГС подавать на развод. И точка!

- Девочки, ЗАГС и развод, это, конечно же, прекрасно, но я уже заждался.

В комнату, предварительно постучав, зашёл муж Джису и Дженни сделала ещё один глубокий вдох. Теперь точно нужно ехать, время пришло.

Джису, огромными усилиями уговорившая Дженни отправиться на это празднование, незаметно подмигнула Джину, и тот подал руку подруге жены.

- Ты сегодня само совершенство, - улыбнулся он Дженни, ведя её к выходу.

- Эй, не заставляйте меня жалеть о том, что я отпускаю вас туда одних, - притворно разозлилась Джису, хотя на лице её была написана скорее тревога.

***

Большой особняк, выстроенный в стиле эклектика и подсвеченный тысячами огоньков, принадлежал давним друзьям Чонгука и Дженни. Чонгук даже не мог точно припомнить, как давно он знает Тхэшика и Ёнджу, однако, именно сейчас почему-то вспомнил о том, что они всегда были в восторге от Дженни. Это означало то, что сегодня вероятность встретить на празднике собственную жену будет довольно высока.

Чонгук ухмыльнулся, припарковав машину около дома и затянувшись сигаретой. Выходить на улицу не торопился, потому что ему совершенно не хотелось оказываться в водовороте веселья, улыбок и смеха. Собственно говоря, он и приехал-то сюда сегодня с тщательно скрываемой надеждой поговорить с Дженни.

Вот так вот. Докатился, мать его! Теперь приходится изобретать какие-то способы, чтобы увидеться с собственной супругой. Разумеется, брать с собой Лису он не стал. Быть может, месяц назад он бы не раздумывая пошёл на такой абсурдный шаг и вывел бы её в свет, но сейчас всё просто кардинально изменилось. Кстати, а почему всё так кардинально изменилось? И изменилось ли? А может, всё просто вошло в своё закономерное русло и теперь взяло правильный курс?

Правда, размышлять об этом долго не получилось: рядом с автомобилем Чонгука остановилась серебристая Тойота, и из неё вылез «издательский» хлыщ, который распахнул пассажирскую дверцу и помог выйти из машины... Дженни...

Что и говорить, а выглядела она великолепно. Не броская, но такая яркая одновременно внешность, ухоженность, грациозность. И почему раньше он не замечал того, как Дженни двигается. Плавно, словно кошка, переступающая мягко и неспешно?

Начиная злиться, Чонгук вышел из машины, яростно отбрасывая недокуренную сигарету в снег и направляясь за парочкой, которая уже шла в сторону ярко освещённого крыльца.

Устраивать дебош по заявлению прав на свою супругу в начале вечера было явным моветоном, поэтому Чонгуку пришлось сцепить зубы и просто делать вид, что всё в порядке.

Но где, между прочим, голова у Дженни?! Неужели она рассчитывает на то, что никто не заметит, что на празднике они порознь, а её сопровождает совершенно чужой мужчина?

Злость внутри Чонгука медленно перерастала в ярость, которую он про себя окрестил «праведным гневом». Он имеет полное право на эту женщину, попка которой, обтянутая чёрной тканью, так призывно покачивалась перед его взором. А вместо того, чтобы это самое право заявить, он вынужден тащиться за ней, наблюдая, как она идёт под руку с каким-то товарищем, имени которого он не знал, но от того зуд в кулаках меньше не становился.

И тут, словно прочитав его мысли, Дженни на ходу обернулась, окинула Чонгука быстрым взглядом, кивнула, словно обычному знакомому, и вошла в дом!

Чон притормозил у дверей, в расчёте на то, что если он сейчас останется на улице, температура пожара внутри хотя бы немного упадёт, и ему станет легче держать себя в руках. Стараясь не замечать тот ураган страстей, что бушевал внутри, Чонгук кивал знакомым, направляющимся ко входу, при этом стараясь улыбаться и делать вид, что всё хорошо. А потом, не в силах больше ждать, шагнул к дверям, потому что осознание того, что она там с этим парнем одна, без его присмотра, было гораздо острее его «праведного гнева».

- М-да, выглядишь ты ой как херово.

Подошедший Тэхен вручил Чонгуку очередной бокал виски и устроился рядом с другом на подлокотнике дивана.

Чон и вправду выглядел необычно: на лице написана растерянность, которую видно невооружённым взглядом, однако, Тэхен, кажется, прекрасно понимал чувства друга. Всё это явно происходило из-за того, что Чонгук начал разочаровываться в своём «золотом идоле», при этом начал разочаровываться тогда, когда появилась опасность потерять навсегда жену. Иначе, как назовёшь то, что Дженни сейчас находилась в компании незнакомого мужчины и прекрасно проводила с ним время? Не то, чтобы Тэхен ревновал, нет. Скорее, он был даже рад за Дженни, потому что она сейчас находилась в выигрышной ситуации. Но Тэхену было немного жаль, что на месте того парня не он. Разумеется, быть вместе с Дженни он бы не мог, но желание такая зараза! Проникает внутрь, распространяется по телу, гнездится в самых потаённых уголках разума. И не может сбыться.

- А, по херу, - махнул рукой Чонгук, залпом выпивая содержимое бокала.

Тэхен поднял брови, отпивая виски мелкими глотками. Определение «по херу» совершенно не подходило к тому, что он видел перед собой. А видел он, что его друг был в странном и новом состоянии.

- Ну, по херу или нет, однако настроение у тебя явно не праздничное. - Тэ вынул из кармана сигару и повертел в пальцах. Создавалось впечатление, что этот атрибут помогал ему привести мысли в порядок. - А вот твоя жена веселится. Она шикарно танцует!

Чонгук даже закашлялся и чуть не выронил бокал из рук, услышав то, что ему говорил Тэхен.

- Моя жена - что?

- Э-э-э, Дженни танцует хорошо. А что такое? Сейчас в гостиной танцы, там все веселятся.

Дальнейшее слушать Чонгук не стал. Он сорвался с места и помчался в сторону гостиной.

Сначала появилась мысль, что это будет чудесный повод пригласить на танец свою жену и уже поговорить с ней обо всём случившемся. Конечно, она имеет полное право злиться на него, но он может вполне пообещать ей, что разберётся с Лисой в самое ближайшее время, а потом вернётся домой. Окрылённый этой чудесной идеей, Чонгук достиг гостиной и распахнул перед собой двери, за которыми вовсю веселились мужчины и женщины. И замер на пороге от того, что увидел перед собой: прямо в центре танцевала Дженни. Причём танцевала не одна, а всё с тем же неизменным мужчиной, которого Чонгук уже ненавидел всеми фибрами своей души. И надо сказать, что эта танцующая парочка вызывала восторг своими пируэтами. Дженни то отступала прочь, отстраняясь на расстояние вытянутой руки, то приближалась к мужику, когда он кружил её. А потом она приседала, поворачиваясь спиной и скользя по нему всем своим роскошным телом. Улыбки, лукавый взгляд, страсть двух танцоров так и мелькали между ними, вспыхивая искрами.

Кулаки зачесались просто невыносимо, но ещё больше было желание схватить Дженни в охапку и утащить куда-нибудь, чтобы она теперь тёрлась своими формами только о законного мужа. Да, чёрт подери! Только он имеет право на то, чтобы держать в объятиях эту женщину!

Однако, Чонгук продолжал наблюдать за происходящим с каким-то мазохистским удовлетворением. Представляя себе, что именно сделает с этим мудаком и с задницей жены, что так отчётливо вставала перед глазами.

И, наконец, когда этот самый хер совершил какое-то совершенно неудобоваримое па, нагнув его жену почти к самому полу, Чонгук решился. Он подошёл к танцующим решительным шагом и схватил Дженни за руку, не обращая внимания на её протесты и удивление гостей. Ему сейчас было всё равно, что о нём подумают.

- Немедленно пусти меня! - зашипела девушка ему в ухо, когда он тащил её к выходу.

- И не подумаю, - процедил он, ногой открывая перед собой двери и ведя жену в сторону спальни на втором этаже, которую обычно выделяли ему для ночёвки.

- Не смей со мной так обращаться! - Дженни совершила попытку выдернуть руку из хватки Чонгука, но ей это не удалось.

А Чон, тем временем, достиг спальни, так же варварски раскрыл перед собой дверь, втолкнул в помещение жену и запер дверь за собой. Он не произнёс больше ни слова, только удовлетворённо ухмыльнулся и направился к той, на которую, как он считал, у него есть полное право...