Глава XVIII. Немыслимая встреча

Гром, разрывающий небо. Молнии, проломившие стены здания. Ураган, снесший все койки и ящики, затягивая их в свой танец. Природа была в моих силах.

Старые добрые времена власти и подчинения.

Крики наполняли обвалы новым значением - раздражение. Кровь придавала белым кускам цемента малиновую окраску, делая их более приятными для глаза.

Живого глаза. Греховного взгляда.

Лишь два источника яркой синевы смотрели со злобой и непониманием.

Нам ничего не мешало - стены исчезли, люди наконец умолкли. Поле боя было готово. И на горизонте только он и я - два Греха, готовые начать кровавую битву.

А затем я открыла глаза.

- И снова добро пожаловать!

- Мое сердце опять остановилось? - спросила я в перерывах от попыток захватить как можно больше воздуха в своих легкие.

- Адреналин, - произнес доктор, показывая мне пустой шприц, - неплохая вещь для спасения жизни, мисс Доннелли.

Приблизившись к моему лицу, он добавил:

- Особенно, когда смерть стучится в двери слишком часто.

Я сощурила глаза, оценивая степень насмешки, но все стало таким размытым, а в голове лишь туман из мыслей. И страх, путешествующий в жилках моего тела.

Я в ловушке. Собственных страхов.

- Почему Вы так испуганы? - поинтересовался лесник. - Разве для Вас это не стало чем-то привычным?

Он указывает мне на ошибку, но я никогда не принимаю чужие советы, так что подобные замечания - бессмысленны.

Плюнув на его язвительный тон, на косые взгляды медперсонала и на палату, где был предатель и людишка, мешающая мне жить по собственным правилам, я направилась к тому, кто мог ответить на мои вопросы, кто, как я надеялась, мог дать мне нить, которая вытянет меня из этого болота под названием человеческая жизнь.

- Неужели ты ничего так и не узнала?

- Нет, Супербиа, и навряд ли смогу в ближайшее время, - слышала я раздраженный голос Гекаты.

Для меня каждая ее слово было напоминанием недавнего разрушения моего мира, многогранного, но хрупкого, почти исчезнувшего раз и навсегда.

- Ты предлагаешь сидеть и ждать? - почти прошипела я, плотно сжав челюсти.

- Я не могу ничем тебе помочь, - спокойно отвечала она.

Я умираю! Умираю, а она ничего не может сделать!..

- Это ведь Добродетели? Это они приложили руку? - я желала услышать подтверждение.

- Я не знаю, кто или что с тобой это сделал, но это не в силах Добродетелей и не в их понятиях.

Не в их понятиях? Что за чушь?

- На войне все средства хороши, а они ничем не лучше нас, - не успокаивалась я.

- А кто сказал, что для них это тоже война?