«Тень» |21

Томс остановился и медленно повернулся ко мне. Его взгляд был не просто серьезным — он был аналитическим. Он был выше меня на полголовы, и эта разница в совокупности с его широкими плечами и безупречной осанкой создавала психологическое превосходство. Он не просто устрашал — он доминировал.

— Ты куда так убежал? — спросил он тихо, почти заботливо. — Что-то стряслось? Я аж запереживался.
Ложь нужно было выдать немедленно, без малейшей дрожи. Я заставил уголки губ дрогнуть в подобии смущенной улыбки.
— Нет-нет, все в порядке. Просто зашел... поправить форму. Манжет расстегнулся.

Его взгляд, быстрый и острый как бритва, скользнул по моим запястьям, по воротнику, будто проверяя сказанное. Он не стал комментировать. Просто развернулся на каблуках, и его спину, прямую как струна, снова стало видно.
— Нас ждет еще много работы. Поскорее возвращайся. Твоя помощь нужна, — бросил он уже через плечо, и в его голосе прозвучала не просьба, а констатация факта.

Я тут же, как тень, последовал за ним. Коридоры в этом здании после восьми вечера были музеем тишины. Даже шаги по мягкому ковру гасли. Босс не терпел фонового шума — ни музыки, ни громких разговоров. Это правило впилось в подкорку каждого сотрудника, создавая атмосферу религиозного благоговения. Мы вошли в его кабинет. Я за собой закрыл дверуь с глухим, герметичным щелчком, который всегда звучал как защелкивающийся замок на клетке. Впереди были долгие часы в этом холодном пространстве, под его неусыпным взглядом. От этой мысли стало еще страшнее, потому что мой разум был не здесь. Он был там, внизу, за железной дверью.

---

Я проснулся от звона в ушах — высокого, пронзительного, будто внутри черепа лопнула струна. Боль была не локализованной, а тотальной. Она жила в разбитой голове, в вывернутых суставах плеч, в онемевших от холода и неподвижности ногах.